Он расстегивает молнию на джинсах и вынимает свой член. Тень скрывает его, но я вижу серебристые шарики, которые пробегают сверху вниз на нижней части его ствола — лестница Якова. Еще четыре серебряных шарика видны на головке — пирсинг в виде магического креста — две штанги, которые проходят прямо через центр головки.

Выгибаю спину, сглатывая, когда он проводит головкой своего пронзенного члена по моей набухшей и мокрой киске. Когда он входит в меня, у меня перехватывает дыхание от жгучего ощущения того, как он растягивает меня, слишком широко.

Он закидывает мои дрожащие ноги себе на плечи, наклоняется и снова сжимает мою шею. Мое тело раскачивается взад-вперед на кожаном диване, когда он начинает трахать меня. Шипы впиваются в мою спину. Я выгибаю шею, пытаясь ослабить давление, но он сжимает руку и снова душит меня.

Моя кожа горит, я потею, мое тело борется с его. Но мне нравится. Мне это нужно. Я из тех женщин, чье желание быть трахнутой сильнее, чем желание жить. Трахни меня, оставь синяки и напомни мне, кто я есть. Блядская шлюха. В конце концов, я исцелюсь.

Он вырывается, входит в меня. Моя киска сжимается на его пронзенном члене, и если бы я могла дышать, я бы умоляла его трахать меня сильнее. Быстрее. Чтобы я истекала кровью ради него.

Он склоняется над моим телом, и его маска смотрит на меня. Это то, из чего состоят кошмары, но это так сильно меня заводит. Мысль о том, что я трахаюсь с незнакомцем, которого больше никогда не увижу. Даже не зная его имени. Я могу пройти мимо него на улице и ни о чем не догадаться. Эта тайна возбуждает.

Чувствую, что его глаза смотрят на меня, наблюдают, как синеет мое лицо от нехватки воздуха. Мои онемевшие губы, наверное, побелели. Я их не чувствую, как и почти все тело. Все, что я чувствую, это как его член входит и выходит из моей киски, когда я прижимаюсь к нему. Мое тело умоляет о воздухе, но разум говорит, что мне это не нужно.

Он подается вперед, его свободная рука бьет меня по лицу, и волна снова накрывает меня. Моя кожа становится горячей и потной. Затем наступает ощущение прохлады и покалывание по всему телу. Глаза тяжелеют, я моргаю. Его маска расплывается и исчезает, прежде чем мое зрение становится черным. Мое тело обмякает на кожаном диване, а из уголков глаз в волосы текут слезы.

Последнее, что я вижу, — это его маску, опускающуюся на мое лицо, когда он в последний раз вонзается, прежде чем его член начинает пульсировать внутри меня.

Эштин

Захожу домой, бросаю рюкзак и сумку с рабочей одеждой на пол в прихожей. Прохожу по коридору на кухню. Беру из холодильника бутылку Pedialyte и опрокидываю ее, немного вытекает из уголка рта и стекает по подбородку, пропитывая футболку.

Умираю от жажды.

Это из-за экстази. Сейчас чуть больше трех часов ночи, и я начинаю приходить в себя. Сессия траха с незнакомцем выжала из меня все силы, пока меня использовали как дешевую шлюху в зале «Fountain». Правда, он не заплатил мне, как дешевке.

После того, как кончил в меня, он встал, застегнул свои покрытые спермой джинсы и бросил немного денег на мое содрогающееся тело. Он и его друг ушли, оставив нас довольными и на пять тысяч долларов богаче. Его ремень остался у меня — руки так и остались связанными за спиной. Сэди пришлось развязывать меня, пока я лежала и ждала, когда мое тело спустится с высоты. Я предложила ей забрать его. Отдать своему парню. Я точно не собиралась отдавать его Джеймсу. Она сказала, чтобы я оставила его себе. Мол это явный признак того, что он собирается вернуться и снова встретиться со мной, чтобы забрать его. Как если бы женщина оставила свое нижнее белье в доме парня, чтобы у нее был повод связаться с ним. Я не могла с ней не согласиться, поэтому сунула его в сумку. Просто молюсь, если он вернется в клуб, пусть снова наденет свою маску.

Иду в сторону основной комнаты и останавливаюсь, увидев, что задняя раздвижная стеклянная дверь распахнута настежь. Вздохнув, подхожу к ней и закрываю на замок. Джеймс, должно быть, оставил ее открытой. Я не позволяю ему курить траву в моем доме, а ему всегда нужен косяк перед сном. Когда он будет платить по счетам, сможет устанавливать свои правила. Но пока он должен следовать моим.

Войдя в спальню, вижу, что он сидит в кровати и смотрит телевизор. Его глаза встречаются с моими, и он улыбается.

— Привет, как работа?

— Хорошо, — отвечаю я и направляюсь в ванную. Мне нужен душ.

Закрываю дверь, но она открывается. Беру зубную щетку и покрываю пастой, а Джеймс встает позади меня. Его руки ложатся на мои бедра, и я напрягаюсь.

— Я ждал тебя.

— Зачем? — Спрашиваю, опуская щетку под воду, и начинаю чистить зубы.

Он осторожно убирает мои волосы с плеч и накручивает их на кулак, потягивая. Отстраняюсь, пытаясь почистить зубы, но он оттаскивает меня назад.

— Джеймс. — Слюна и зубная паста летят из моего рта и покрывают зеркало передо мной. Зубная щетка падает из моих рук, ударяясь о столешницу и летит на пол.

Он протягивает руку и засовывает ее в мои хлопчатобумажные шорты.