Пытаюсь отстраниться, чтобы остановить жжение, но мне некуда деваться, потому что он прижимает меня к себе.

— Попроси меня об этом, куколка, — рычит он. — Умоляй меня трахнуть твою попку.

— Пож-жалуйста, — из моих глаз катятся слёзы.

— Что «пожалуйста»? — он проталкивается глубже.

Жжение усиливается, и я дергаю за короткие цепи, соединяющие мои запястья с бедрами.

— Пожалуйста… трахни мою задницу, — всхлипываю, пока моё опухшее лицо скользит по стеклу, мокрому от слёз.

Хейдин толкается в меня, и я напрягаюсь, когда он прижимает меня к себе, отрывая от зеркала. Одна рука обхватывает мой подбородок, а другая опускается мне между ног. Он начинает играть с моей киской, в то время как в зеркале его глаза встречаются с моими.

— Блядь, твоя попка так хороша, красавица.

Моргаю, не сводя с него отяжелевших глаз. Моя киска мокрая от его руки, играющей с клитором, и от смазки, которую он по нему размазал.

— Пожалуйста?

Я умоляю, и это не притворство. Улыбка, которой он одаривает меня, говорит о том, что он тоже это знает.

Двигая бедрами, он медленно вынимает свой член из моей задницы, и я издаю стон, прежде чем он толкается вперед, заставляя меня вскрикнуть.

— Тебе больно?

Я киваю изо всех сил.

— Да.

— И приятно?

— Да.

Он хихикает, и от этого звука моя потная кожа покрывается мурашками.

— Покажи мне, как сильно ты наслаждаешься болью, куколка. Кончи на мои пальцы, пока мой член трахает эту упругую попку.

Его пальцы становятся более настойчивыми, заставляя мои бедра раскачиваться взад-вперед. Движения заставляют мою задницу трахать его член.

Это смесь пытки и удовольствия. Это так приятно, но так больно.

Я задыхаюсь, мои руки натягивают ремни, в то время как его руки удерживают меня в плену, обхватив за шею. Мне трудно дышать, и кружится голова.

Мои губы приоткрыты, и слюна стекает из уголков на его татуированную руку. Ему плевать, и мне тоже.

— Все шлюхи любят, когда их трахают в задницу. А ты моя шлюха, не так ли, куколка?

— Твоя шлюха, — соглашаюсь, и мои веки тяжелеют.

Блядь, я сейчас кончу? Боже, я надеюсь на это.

— Покатайся на моем члене, Шарлотта. Трахни его.

Я насаживаюсь на него всё быстрее и быстрее, пока его пальцы проникают в мою пизду. Я держусь на последнем издыхании; мышцы болят, тело измучено, но я чувствую, как глубоко внутри меня нарастает напряжение — взрыв, требующий выхода.

— Пожалуйста… Хейдин.

— О чём ты просишь, куколка? Это ты трахаешь меня, — он ухмыляется, глядя на меня в зеркало.

Я облизываю губы, и мои отяжелевшие от слез веки, закрываются.

— Смотри на меня, — он шлепает по моей киске, от чего у меня перехватывает дыхание.

Я распахиваю глаза, и он кивает мне.

— Вот так. Скажи мне, каково это.

— Та-а-а-а-а-ак приятно, — хрипло шепчу я.

Входит больно, но выходит приятно. Это полное противоречие, но я не могу остановиться. Вместо этого я резко отталкиваюсь, как будто я гребаный профи в анальном сексе, и он стонет.

— Чёрт, красавица.

Делаю это снова и снова, и ощущения становятся сильнее, а моя киска влажнее. Его пальцы продолжают играть с клитором, и всё моё тело напрягается, когда на меня обрушивается такой грёбаный шторм, какого я никогда не испытывала.

Мои глаза остаются открытыми, но перед ними темнеет. Ноги подкашиваются, но он держит меня за шею, и мои руки опускаются по бокам. Ослепительный свет бьёт мне в глаза, а затем всё снова погружается во тьму.

Хейдин

— Хорошая девочка.

Я хвалю её, но она не слышит ни единого грёбаного слова и полностью обессилена. Я вижу это по её взгляду в отражении зеркала.

Оттаскиваю её от него и разворачиваю к себе. Подхватив на руки, я переношу её на матрас и укладываю на спину, а затем становлюсь на колени между её дрожащих ног. Широко раздвигаю их и приподнимаю её бедра, чтобы мой проколотый член снова оказался у неё в заднице.

Провожу кончиком по влажной киске, прежде чем снова ввести его в её попку. Я стону, погружаясь по самые яйца.

— Твоя задница создана для моего члена, куколка, — говорю, наслаждаясь тихим стоном, срывающимся с её приоткрытых губ.

Обхватив руками её колени, я раздвигаю их ещё шире, нависаю над ней и начинаю трахать. Наклоняюсь к ней лицом и целую её в губы.

Она целует меня в ответ, но нежно. Её тело раскачивается взад-вперед на матрасе, пока я принимаю то, что она сама захотела мне дать. Мне понравилось, что она бросила мне вызов. Черт, ужас в её глазах и решимость в словах были похожи на чистый адреналин.

Она бросила мне вызов. Я знал, что она будет такой. И мне это нравится.