Так и случилось. С потолка в комнате свисает единственная лампочка, и оба его брата склоняются над кроватью, что-то говорят ему в лицо и трясут за плечи. Ничего.

— Давайте уберем его отсюда к чертовой матери, — рявкает Кэштон Сэинту.

Я обхватываю себя руками.

— Где все?

— Тайсон и его парни ищут твою мать. Там ещё один парень…

— Я здесь, — меня хватают за волосы и запрокидывают голову, заставляя смотреть в потолок.

— Отпусти её, — требует Кэштон. — И я не разнесу твою грёбаную башку.

Уэсли смеется.

— Ты правда думаешь, что я позволю тебе затащить меня в Карнаж? Что я когда-нибудь вернусь в это ужасное место?

— О чем, блядь, ты говоришь? — рявкает Сэинт.

Он не отвечает, и в комнате воцаряется тишина, а я пытаюсь высвободиться из его объятий. Я так устала, и у меня раскалывается голова. Я просто хочу вернуться в постель к своему мужу. Я нужна ему. Мы теряем время.

— Уэсли…

— Меня зовут не Уэсли, — кричит он, тряся меня.

Я чувствую в правой руке тяжелый пистолет и направляю его в землю, не раздумывая ни секунды. Я нажимаю на спусковой крючок и на мгновение оглушаю себя, когда звук выстрела эхом отдается в тесной бетонной комнате. Уэсли толкает меня вперед, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как он выбегает из комнаты. Его рот открыт, и он кричит, но единственное, что я слышу, — это звон в ушах от первого выстрела.

Подняв пистолет, я стреляю снова, и он падает на колени, а кровь заливает его джинсы.

Пистолет вырывают у меня из рук, и я падаю на бетонный пол. Я поднимаю глаза и вижу, что Кэштон сидит на мне верхом. Его руки сжимают мои запястья, удерживая их, когда он смотрит направо. Его губы шевелятся, но я не могу разобрать, что он говорит.

Этот звон всё ещё слышен. Я даже не пытаюсь с ним бороться.

Он отпускает меня, встает и рывком ставит на ноги. Обхватив ладонями моё лицо, он заглядывает мне в глаза, его губы шевелятся, но по-прежнему ничего не говорят. Подхватив меня на руки, он выносит меня из комнаты, и моя голова свисает с его руки, когда я вижу, как Райат и Син врываются в комнату и помогают Сэинту вытащить бесчувственного Хейдина.

***

Меня вносят в самолет и усаживают на диван. Я ни с кем не разговаривала. В ушах наконец-то перестало звенеть, но в висках всё ещё пульсирует боль.

— Черт, — шипит Кэштон. Поворачивая мою голову из стороны в сторону, он изучает моё лицо. — Я думаю, ты сломал ей грёбаный нос, — рычит он.

— Я должен был что-то сделать, — рычит Билл, проходя мимо.

— Хейдин убьет тебя, — продолжает Кэштон.

— Сначала он должен выжить, — огрызается Билл. — А теперь иди сюда и помоги нам.

Кэштон оставляет меня, чтобы вернуться к открытой двери. Затем я вижу как Син, Райат и Тайсон помогают Сэинту занести Хейдина в самолет. Он всё ещё без сознания. Я сидела рядом с ним в машине, держа его холодную руку. Я бы помолилась, но Бога нет. Я не из тех, кто слушает убийцу.

Я вскакиваю на ноги и бросаюсь к ним.

— Не подходи, милая, — Кэштон подхватывает меня на руки и несет обратно к дивану, где опускает на него. — Дай им поработать.

Гэвин и Дэвин заходят в самолет, и дверь мгновенно закрывается, когда двигатели с ревом оживают.

— Где твои ребята? — спрашивает Син Тайсона.

— Они внизу. Они забрали Хадсона и Изабеллу. Они собираются встретиться с нами в Карнаже. Мы не хотели, чтобы они летели с нами в самолете, поэтому они за рулем.

Они положили Хейдина на пол, и Гэвин с Дэвином мгновенно опустились на колени рядом с ним.

— Почему он… не просыпается? — мой голос срывается, потому что горло так болит от рыданий. Меня снова тошнит, но я справляюсь с этим.

Мне никто не отвечает. Вместо этого они разговаривают так, словно меня здесь нет.

— У него слабый пульс, — сообщает Гэвин Дэвину.

Его кожа такая бледная.

— Он, блядь, умирает. Сделай что-нибудь, — приказывает Сэинт.

Я начинаю подползать к нему, но меня поднимают с пола.

— Нет! — я плачу, пока Кэштон несет меня в хвост самолета. Я брыкаюсь и кричу, но это не помогает, и он уводит меня. Он бросает меня на кровать и садится верхом на мои бедра, прижимая мои руки к голове.

Я выгибаю спину и кричу, надеясь, что он меня услышит. Что он может проснуться ради меня.

— Поторопись, — бросает Кэштон, оглядываясь через плечо.

— Прости, Шарлотта. Но это для твоего же блага, — заявляет Адам, наполняя шприц чем-то из прозрачного флакона.

Я брыкаюсь ногами и выгибаюсь, но Кэштону не составляет труда удержать меня. Адам хватает меня за лицо и отводит его в сторону, прежде чем я чувствую укол в шею. Моё тело мгновенно предает меня, и я обмякаю.

— Вот и все, милая, — мягко произносит Кэштон.