И я знаю, насколько важна для него боль…Но во мне многое изменилось, я готова ему дать что угодно. А еще…еще мне хорошо с ним. Я хочу его звериных ласк, я хочу всего что он может взять. Желания зверя, который живет внутри него, всегда непредсказуемы, но он дал мне нечто страшнее боли — это нескончаемый ожог неутоленного желания, это жажда кончить и новое болезненное возбуждение от которого теряется рассудок. И на меня накатывает но уже не остро и изыскано, а грубо больно и очень мощно.

Оргазм-взрыв. Оргазм-убийца от которого трясет все тело, бьет током, и я ударюсь лбом о стену, закатив глаза и дергаясь в конвульсиях, стискивая его умелые, длинные пальцы быстрыми сокращениями, мотая головой из стороны в сторону. Ощущая собственную влагу на внутренней стороне бедер и звуки его толчков внутри мокрой плоти. И ни хрена мне не лучше…накрывает тут же еще раз но уже сильнее и выгибая назад, мне кажется я сейчас умру сокращаясь беспрерывно, чувствуя как пальцы другой руки давят соски продлевая мою агонию. Пока со слезами не отпускает на мгновения облегчения и они градом катятся по щекам. "люблю тебя-я-я-я-я" протяжным стоном…

От ее признания рвет на части. Можно сколько угодно драть ее, можно трахать до потери пульса самыми изощренными методами или же наоборот быстро жестко просто чтобы утолить голод….ничего и никогда так не подействует, как её ЛЮБЛЮ мне. Словно каждая буква вспарывает кожу подобно острому кончику плети. Всего лишь ЛЮБЛЮ…а мне оно сильнее любого выстрела, равноденственно атомному взрыву, после которого ни хрена вообще не остается.

Кажется, в крошево зубы стёр, пока она кончала, сжимая меня мышцами. И это реально больно. На физическом уровне больно. Потому что поджимаются яйца от желания кончить, и член в нетерпении подрагивает. Выжидая…и дождавшись, срывается.

Резко к себе развернул Вику, легко отталкивая на топчан. Так чтобы она опрокинулась на спину. Подтянул к себе за ноги, становясь на колени между её ног, разведенных в стороны. И подогнуть их в коленях, приподнимая за бедра. Такая блестящая…такая влажная после оргазма.

Губами припасть к мокрым складкам, зарычав в самое лоно, когда Вика обессиленно откинула голову. И резко встав, склониться к её лицу, жадно следя за каждой остывающей после наслаждения эмоцией.

Отстранившись, чтобы смотреть на бурно вздымающуюся грудь с покусанными красными сосками, на нежную кожу живота и груди. Языком проведя дорожку до самого подбородка, толкнуться членом в ее мокрую узкую дырочку.

Чувствуя, как начинает вскипать кровь от мысли, что возьму ее сегодня до одури. До остервенения. Поправив пальцами торчащие складки кружева у нее во рту, ворваться одним движением, открывая рот вместо Вики. С особым наслаждением впуская в себя её боль, взорвавшуюся на дне голубых глаз. Потому что резко и глубоко. Потому что мой член уродливый и мать его огромный…И он растягивает ее так сильно, что ее глаза округляются.

Выгнулась, одновременно впиваясь ногтями в мои запястья, в попытке оттолкнуть. А я остановился, давая себе и ей время….

Себе, чтобы слегка успокоиться и не разорвать её на части, а ей — чтобы успокоиться….и блядь всё же проиграть. Потому что больше пары секунд не выдержал.

Глубокими и быстрыми толчками, кусая собственные губы, чтобы не закричать от дикого удовольствия. Удерживая ладонями за бедра, не позволяя освободиться. Врываться в сладкое маленькое отверстие, глядя сквозь марево наслаждения, как колышется её грудь с острыми сосками.

Сжал ладонью намеренно сильно, сжимая пальцы так, чтобы снова выгибалась от боли, продолжая мычать. В глазах её слезы которые проливаются на щеки прозрачной влагой. А меня ведёт. Ведёт от взгляда на нее, от запаха её наслаждения, ее боли и пота. Меня ведёт так, что адски больно сдерживаться дальше. Резко прижать ее колени к груди, чтобы войти ещё глубже, меняя угол проникновения, и заорав вместо нее. Вбиваясь со всей мощью, сдерживаясь и понимая что еще немного и всё.

Но вдруг ощутить, как мой член цепко сдавливает судорога ее оргазма, как она выгибается и закатывает глаза, как начинает биться в моих руках, обескураживая…сводя с ума своим наслаждением. Со мной. Мать вашу! Со мной!

Пьяная после оргазма, слабая как поломанная кукла, готовая орать чтоб ее доломали, потому что ломка по нему невыносимая. Я хочу смотреть на него когда берет меня, смотреть на его лицо, ослепительно красивое и искаженное гримасой страсти и похоти, на зверя вспарывающего эти черту и рвущегося наружу. Раскрывает для себя, обездвиживая, приковывая как распятую бабочку.

Сладкое скольжение языка по мокрой плоти заставляя взвиться и податься бедрами навстречу. И в бездну кровавого марева с первым же толчком в дичайший ад его пиршества и моей агонии.