В тот момент Азиза накинулась на меня. Я пыталась оттолкнуть её, чтобы добраться до младенца, но Азиза была сильнее. Она впивалась мне в волосы, била меня ногами, толкала. Внутри меня клокотала адская ярость и я била ее в ответ. Никогда раньше со мной не происходило ничего подобного. Сейчас мне просто хотелось разодрать ее на части.

— Я убью тебя русская шлюха! — орала Азиза и рвала мои волосы, а я впивалась ногтями в ее перекошенное лицо, пытаясь оттолкнуть от себя.

— Ты…ты тварь, которая бьет ребенка! Тварь! Как ты могла?! Еще раз тронешь его и я сама тебя убью!

Слуги и Самир прибежали на шум драки, и ситуация мгновенно вышла из-под контроля. Я пыталась кричать, объяснить, что пыталась защитить младенца, но мои слова тонули в хаосе.

Слуги, руководствуясь криками Азизы о том, что я напала на неё, без раздумий схватили меня и потащили в подвал. Сопротивляться было бесполезно; они были сильнее меня. Сердце колотилось от страха и недоумения, как всё так быстро перевернулось. А еще было жутко оставлять ребенка с этой сумасшедшей. Что еще она могла ему сделать от злости.

Они буквально утащили меня в подвал, грубо толкнули внутрь тёмной, сырой комнаты и захлопнули за мной дверь на замок. Звук щелчка замка в тишине подвала звучал как приговор.

Азиза, оставшись наверху, продолжала кричать, настаивая на своей версии событий. Её голос доносился даже сквозь толщу стен, наполняя моё временное убежище её обвинениями и гневом.

— Эта женщина напала на меня! Она опасна! Она ненормальная! Она исцарапала мне лицо!

Если бы я могла я б с нее кожу содрала. Тварь! Как оградить от нее Ису? Кто послушает меня? Сидя в полной темноте подвала, я пыталась собрать свои мысли. Страх и тревога за младенца смешивались с обидой и отчаянием.

Периодически я стучала в дверь, но мне никто не открывал.

Я должна сказать Ахмаду, он должен узнать, что творила Азиза. Узнать, что она бьет ребенка! Как мне выбраться отсюда? Я начала ощупывать стены в поисках возможного выхода или хотя бы способа привлечь внимание.

Тишина подвала нарушилась, когда дверь медленно открылась, и в проёме показалась Алена. Её появление было для меня неожиданностью, и я на мгновение забыла о своём отчаянии.

— Сестра! — воскликнула я и хотела броситься к ней, но она отшатнулась, показывая мне всем видом, чтоб я не приближалась.

— Я помогу тебе уйти, пока Ахмад отсутствует, — говорит она, подходя ко мне ближе.

— Я не могу уйти, — отвечаю я, чувствуя, как внутри меня снова нарастает эта тоскливая щемящая боль, от которой немеют кончики пальцев. — Я дождусь возвращения Ахмада и расскажу ему всё о том, что Азиза делает со своим ребёнком.

Алена смотрит на меня таким взглядом, какого я никогда у нее раньше не видела. Так как будто мы с ней чужие, враги.

— Я сама с этим разберусь. В конце концов, я в этом доме хозяйка и жена Ахмада, — говорит она твёрдо. — У тебя есть шанс выбраться отсюда. Если тебе нужны деньги, я дам их тебе. Только уходи!

— А мой сын? — спрашиваю я, чувствуя, как голос дрожит. — Вернёшь ли ты мне моего сына? Я здесь только ради него! Только ради того, чтобы Ахмад нашел его! Я говорила тебе об этом. Если я сбегу никто не станет искать ребенка!

— Твой ребёнок давно пропал, Вика. Если ты не идиотка, то должна понимать, что спустя девять месяцев найти пропавшего ребёнка нет шансов…Ты губишь меня и моего живого ребенка ради своего пропавшего! Эгоистка ты! Подлая и лицемерная! Жаль, что я раньше не знала какая ты…она права!

— Кто она?

— Мама Самида! Она тебя увидела насквозь!

Её слова поражают меня, как удар. Я сжимаю кулаки, пытаясь сдержать слёзы.

— Как я могу уйти, не зная, что стало с моим сыном? Как я могу жить дальше, осознавая, что потеряла самое дорогое, что у меня было и никто его не найдет? Пусть даже его тело! А ты…ты все забыла? Забыла кем мы были друг для друга. Чему нас учила мама? Забыла как я любила тебя?

Стоя у двери, Алена обернулась ко мне снова, и в её глазах я увидела ненависть, которую раньше никогда не замечала.

— Я никогда не прощу тебе того, что ты мешаешь моему браку, — сказала она мне, и стиснула челюсти.

Я больше не видела в ней сестру, которую любила и знала раньше. Это была другая….не Алена. Она стала такой же как вся эта семейка.

— Я ищу своего сына! И если это помешает твоему браку, то мне очень жаль! Мой сын дороже всего для меня! — начала я, но она перебила меня жестом руки.

— Ты могла выбрать любой другой путь, но ты выбрала именно этот. Ты знала, что Ахмад мой муж, и всё равно… ты спала с ним! Может быть это способ вернуть сына? — продолжила она, и в её голосе чувствовалась боль. — Ты поставила меня в такое положение, где я должна выбирать между тобой и своим мужем, между семьей и собственной сестрой.

— А ты заставляешь меня выбирать между тобой и моим ребенком!