Мы переходим в спальню. Я надеюсь, что близость сможет вернуть нам то, что мы потеряли. Его руки касаются моей кожи, но в них нет огня. Он делает все, как обычно, но я чувствую, что он не здесь. Его тело рядом, но его душа далеко. Как будто это просто механика, как будто это просто обязанность.

Когда все заканчивается, я лежу рядом с ним, чувствуя себя опустошенной. Его тело рядом, но я не чувствую его тепла. Я поворачиваюсь к нему, но он уже отворачивается, укрываясь одеялом. Это не тот человек, которого я знала. Он больше не мой. Я больше не его. Я закрываю глаза, пытаясь прогнать слезы, но они сами текут по щекам. Я хотела вернуть его. Я думала, что смогу. Но вместо этого я чувствую, что потеряла его еще больше. Он рядом, но я не могу до него дотянуться. Эта ночь становится для меня последней каплей. Я не могу больше игнорировать правду. Мы больше не вместе. Мы просто существуем рядом. Как два посторонних человека, которые случайно оказались в одной постели. Мы потерялись. И я не знаю, как нас найти.

На следующий день я просыпаюсь с тяжестью в груди. Тихие звуки за окном напоминают мне о том, как мир продолжает двигаться, как бы я ни пыталась остановить его. Я не хочу вставать, не хочу начинать этот день, зная, что все останется таким же. Я возвращаюсь и вижу, что Игоря уже нет в постели. Он снова ушел рано. Опять выбрал работу вместо меня.

Я выхожу на кухню, где сидят наши девочки. Ося весело болтает с сестрами, а Валя смотрит на меня пристально, будто пытается что-то понять. Я замечаю ее взгляд, но избегаю его. Я не готова к ее вопросам. Я не готова объяснять, почему папа больше не с нами, хотя физически он все еще здесь.

— Мам, — Валя наконец-то говорит, и ее голос звучит осторожно. — Папа уехал на работу рано? Опять?

Я киваю, стараясь выглядеть спокойной.

— Да, он на работе, — говорю я, хотя внутри меня все кричит от боли.

Валя молчит. Она смотрит на меня с тем удивлением, которое всегда появляется, когда дети начинают догадываться о том, что что-то не так. Ее глаза становятся грустными, но она не спрашивает ничего больше. Я чувствую, как внутри меня все обрушивается. Я больше не могу держаться. Эта боль становится невыносимой. Я больше не знаю, как быть с этим. Как быть с нами. Как быть с ним. Весь день я провожу как в тумане. Мысли о том, что все кончено, не покидают меня. Даже когда я готовлю ужин, когда занимаюсь с девочками уроками, когда отвечаю на звонки, я все время думаю об одном. Что будет дальше? Что я должна сделать? Как вернуть его, если я не знаю, где его искать?

Вечером Игорь возвращается домой. Мы почти не разговариваем. Он снова отстранен, снова погружен в свои мысли. Я чувствую, как мы медленно, но верно идем в разные стороны, и больше не могу это остановить. Я вижу, как он подходит к дивану, и понимаю, что все повторяется. Еще один день, еще один вечер, еще одна ночь без него. Мы снова спим отдельно, хотя находимся в одном доме.

И я больше не знаю, что делать.

Сегодня особенный день. Наша годовщина. Я сижу на кухне, чувствую, как по венам разливается тревога, впитывается в каждую клеточку моего тела, будто я стою на краю обрыва, а впереди только пустота. Но нет. Я не позволю себе упасть. Я не позволю себе сломаться. Сегодня я должна сделать все возможное, чтобы вернуть его, вернуть нас.

На столе разложены продукты. Салаты, блюда, которые он любит. Я готовлю, как раньше, с той же любовью и трепетом. Нож, разрезающий овощи, врезается в дерево разделочной доски. Этот звук приносит мимолетное успокоение, будто можно разрезать и свою тревогу на части, сделать ее меньшей, управляемой. Я вспоминаю, как когда-то он любил мои кулинарные эксперименты. Как смеялись вместе, облизывая пальцы от соуса, как я пыталась угадать, что он любит больше всего. Но теперь? Теперь я не уверена ни в чем. Еда ли его еще волнует? Интересуют ли его мои попытки? Любит ли он меня?

Я расправляю скатерть на столе, аккуратно ставлю тарелки, фужеры для вина. Вспоминаю, как когда-то каждый наш ужин превращался в маленький праздник. Как вино текло по бокалам, как мы говорили обо всем и ни о чем одновременно. Но сегодня… Сегодня тишина кажется громче любых слов. Я больше не знаю, что он думает. Я больше не знаю, кто он.

Свечи. Я зажигаю их, как последний ритуал. Пламя трепещет в полумраке кухни, отбрасывая слабые тени на стены, словно дом еще живет, еще дышит, но я знаю, что это всего лишь иллюзия. Настоящая жизнь ушла отсюда вместе с ним. Вместе с тем, что мы потеряли. Он придет. Он должен прийти. В глубине души я все еще надеюсь. Надеюсь, что, когда он увидит этот ужин, эти свечи, эту атмосферу, что-то внутри него снова зажжется. Ведь когда-то он любил меня. Любил так сильно, что готов был свернуть горы. Любовь не умирает просто так, правда? Ее нельзя просто вычеркнуть. Я вытираю руки о фартук, сажусь на стул. Взгляд упирается в тиканье настенных часов. Тик-так. Время идет. Каждая секунда — как удар молота по моим нервам. Где он? Почему его до сих пор нет?