— Клэр... Я не имею на это права, — пробормотал он, явно смущённый.

— Ты имеешь, — твёрдо сказала она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась решимость. — Ты заслужил это право.

Он молчал несколько секунд, а затем, посмотрев на малыша, тихо произнёс:

— Джейк. Пусть его зовут Джейк.

Её лицо озарилось улыбкой, полной тепла.

— Джейк, — повторила она, глядя на своего сына. — Это идеально.

Эйдан отвернулся, глядя на пылающий огонь, чтобы скрыть лёгкую улыбку, которая появилась на его лице.

«Любовь — это не место, где ты спрячешься. Это место, где ты обнажён.»

Клэр сидела у костра, её руки дрожали, но не от холода, а от волнения. Она осторожно держала Джейка, его маленькое тёплое тело, прижатое к её груди. Ребёнок сопел, чуть открывая рот, и его крошечные пальчики едва касались её руки.

Эйдан, сидя напротив, смотрел на них. Его взгляд был мягким, что было для него крайне необычным. Его карие глаза, всегда напряжённые и суровые, теперь казались спокойными. Нежными.

Клэр заметила это. И впервые в её душе вспыхнуло что-то большее, чем просто благодарность. Он не просто спас её. Он защищал их обоих, несмотря на страх, боль, усталость. " Он что из железа ?" — думала она, глядя на него.

Но её мысли оборвались, когда Джейк начал капризничать, ворочаясь у неё на руках.

— Он голоден, — пробормотала она, её голос был полон тревоги.

Она попыталась покормить малыша, но ничего не получилось. Клэр нахмурилась, её дыхание стало чаще.

— Я не могу... — шепнула она, её голос дрожал.

Она сделала ещё одну попытку, но результат был тот же. Ребенок чмокал, а потом кричал. Её глаза наполнились слезами.

— Я не могу его накормить! — выкрикнула она, её голос звучал отчаянно.

Эйдан, который до этого наблюдал за ними молча, пересел ближе. Он опустился на одно колено перед ней и крепко взял её за плечи.

— Эй, эй! — резко сказал он, чтобы она перестала паниковать. — Слушай меня.

Её глаза, полные слёз, поднялись на него.

— Просто продолжай прикладывать его к груди, Клэр. Молоко придёт. Это займёт время, три дня, пока что ему хватит и молозива, так задумано природой, — его голос звучал твёрдо, но в нём слышалась забота.

Она несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, как он может говорить это так уверенно.

— Откуда ты это знаешь? — вдруг спросила она. — У тебя есть дети?

Эйдан резко отвернулся, его взгляд потемнел.

— Нет, — коротко ответил он, затем выдохнул, словно собираясь с мыслями. — У меня нет детей.

Клэр нахмурилась.

— Тогда как?.. — она не закончила фразу, но её вопрос повис в воздухе.

Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть выражение, которое выдало больше, чем он хотел показать. Несколько мгновений он молчал, глядя в сторону.

Клэр укачивала Джейка на руках, её взгляд был сосредоточен на его крошечном лице. Его дыхание стало ровным, почти неслышным, а маленький кулачок сжимался и разжимался, пока он постепенно погружался в сон.

— Ты всё время спасаешь нас... — тихо сказала она, не поднимая взгляда. Её голос был едва слышен, как шёпот. — Теперь ты ещё и учишь меня быть матерью.

Эйдан, который в этот момент присел у костра, чтобы подбросить ещё несколько веток, замер на мгновение. Его сильные руки, привычные к грубой работе, остановились над огнём, и он посмотрел на неё через плечо.

— Ты сама всё умеешь, — ответил он коротко, но его голос звучал спокойно, даже мягко. — Тебе просто нужно время, чтобы поверить в это.

Клэр подняла на него глаза. Она пыталась найти ответ в его лице, изучая каждую черту: напряжённую линию челюсти, небольшой шрам у губы, который она заметила только сейчас, и тот взгляд — твёрдый, но неравнодушный.

— Ты говоришь это так уверенно... — пробормотала она, но её голос больше не звучал с отчаянием.

Эйдан ничего не ответил. Он лишь закончил свою работу, убедившись, что огонь разгорелся достаточно, чтобы поддерживать тепло. Затем он медленно сел рядом с ней, вытянув уставшие ноги к костру.

Пещера наполнилась редким, почти благословенным моментом тишины. Треск дров в огне был единственным звуком, нарушающим это спокойствие.

Клэр немного расслабилась. Джейк тихо сопел, прижавшись к её груди, его маленькая голова едва заметно двигалась в такт её дыханию.

— Он... — начала она, но на секунду замолчала, словно подбирая слова. — Он как лучик света. В этом всём.

- Дерьме?

- Да, дерьме! – усмехнулась она.

Эйдан посмотрел на неё. Он поправил прядь ее взмокших волос.

— Да, — ответил он. Затем добавил, чуть тише, как будто говорил самому себе: — Ради него мы выберемся.