Подойдя ближе, он увидел их. Волки. Один стоял прямо у входа в пещеру, зубы оскалены, глаза горели в отблесках костра. Внутри на земле сидела Клэр, дрожащая, измождённая, с горящей веткой в руках, но её взгляд был наполнен таким ужасом, что у Эйдана всё внутри перевернулось.

— Сука... — выдохнул он сквозь сжатые зубы.

Он бросился к волку, не раздумывая. С громким криком, больше похожим на яростный рёв, Эйдан прыгнул на зверя. Нож в его руке сверкнул в свете огня и с глухим звуком вонзился в шею животного.

Волк взвизгнул, пытаясь сопротивляться, но Эйдан рывком завалил его на землю, удерживая за шкирку, и с силой отбросил в сторону. Тело зверя рухнуло в снег, а вокруг него начало растекаться тёмное пятно.

Остальные волки замерли, нерешительно пятясь назад. Они скалились, но видно было, что их уверенность пошатнулась.

— Кто ещё, твари? — прохрипел Эйдан, подняв нож и размахивая им. Его голос был полон ярости, дыхание тяжёлое, а ноги еле держали его.

Но не все отступили. Один волк, самый крупный из них, вдруг рванулся вперёд, с жутким рычанием бросаясь прямо на Эйдана.

Он не успел увернуться. Зверь налетел на него всей массой, и они оба рухнули в снег. Лезвие ножа вылетело из его руки, упав в сторону.

Волк был огромным. Его когти вцепились в плечи Эйдана, а пасть с оскаленными зубами опасно близко склонилась к его лицу. Эйдан рычал, его мышцы напрягались, когда он перехватил лапу зверя, удерживая её так, чтобы тот не смог схватить его за горло.

— Не в этот раз, сука! — прохрипел он, делая рывок в сторону.

Его рука метнулась к ножу, и, найдя его в снегу, он вонзил лезвие в бок волка. Зверь дёрнулся, завыл, но Эйдан с силой ещё раз вогнал нож глубже.

Крупное тело зверя осело на него, обмякнув. Эйдан выдохнул, оттолкнув мёртвого волка в сторону, и поднялся, шатаясь.

— Чёрт... — пробормотал он, утирая кровь с лица.

Из пещеры донёсся слабый голос:

— Эйдан...

Он обернулся и увидел Клэр. Она выглядела ещё хуже, чем мертвые волки. Её лицо было бледным, покрытым испариной, а глаза, расширенные от боли, смотрели на него так, как будто она видела в нём последнюю надежду.

Он закрыл вход в пещеру обломками дерева и снегом, чтобы хоть как-то предотвратить возвращение хищников, и тут же бросился к Клэр.

— Я здесь, Клэр, — сказал он, его голос хрипел, но звучал твёрдо.

Она застонала, обхватывая живот, её тело дрожало от усилий.

— Я…не выдерживаю... — выдохнула она, её голос был слабым, но наполненным болью.

Эйдан быстро снял куртку и подложил её под Клэр, помогая ей лечь на спину. Его руки дрожали, но он пытался скрыть это, действуя чётко.

— Ты справишься, — сказал он, глядя ей в глаза. — Просто дыши. Я здесь.

С каждой минутой её крики становились громче, а схватки всё сильнее. Эйдан пытался сохранять спокойствие, он вымыл руки и склонился над ней.

- У меня…у меня потуги!

— Да…Давай. Сильнее, Клэр, — повторял он, стараясь говорить твёрдо, хотя внутри всё переворачивалось от страха. — Ты сильная. Ты можешь.

Она кричала, сжимая в руках обрывки ткани, которые он дал ей, и каждый её крик будто бил по его нервам.

— Эйдан, я не могу! — закричала она, её лицо было искажено болью.

— Чёрт возьми, Клэр, можешь! — ответил он, его голос стал громче, грубее. — Ты сделаешь это, слышишь? Скоро появится головка…Даааа…вот она я уже ее вижу.

Её глаза встретились с его, в них было столько боли и отчаяния, что он почувствовал, как у него сжалось горло.

Последний крик пронёсся по пещере, и затем всё затихло.

Ребёнок появился на свет, но тишина была оглушающей. В пещере было слышно лишь треск костра. Никакого плача. Никакого дыхания.

Клэр, измождённая, дрожащими руками потянулась к ребёнку. Её голос был едва слышен:

— Почему он молчит? Эйдан... Почему он не кричит?!

Эйдан взглянул на малыша, а его сердце болезненно сжалось. Пуповина была обмотана вокруг шеи ребёнка — туго, как петля. Он быстро перерезал её ножом, прокалённым над огнём, отбросил в сторону.

— Дыши, чёрт тебя побери... — прохрипел он, его голос срывался от страха, который накатывал на него волной.

Клэр в истерике схватила его за руку, но он мягко отстранил её.

— Дай мне работать, Клэр! Просто доверься мне!

Она закрыла лицо руками, молясь сквозь слёзы, её плечи тряслись от отчаяния.

Эйдан склонился над малышом, его мозг работал как часы, будто включился автоматический режим выживания. Он быстро очистил ротик ребёнка от слизи пальцем, обмотанным кусочком ткани. Затем, не теряя ни секунды, положил ребёнка на руку лицом вниз и несколько раз аккуратно похлопал его по спинке, чтобы вытрясти из лёгких жидкость.

Ничего.

— Ну же, давай, малыш... Дыши, мать твою!