Их лица оказались совсем близко, так близко, что она могла почувствовать его тёплое дыхание на своей коже.

— Не дури, — сказал он, его голос был тихим, но в нём звучала жёсткость.

— Молчи, — ответила она, помогая ему.

Он посмотрел на неё, его глаза были полны усталости, но в них мелькнуло что-то, чего она не ожидала увидеть.

— Я не знал, что ты такая сильная, — прошептал он.

Она замерла, её руки всё ещё держали его.

— Это ты научил меня, — ответила она, её голос был тихим, почти неуверенным.

Их глаза встретились. Напряжение между ними нарастало, словно воздух в пещере стал плотным, тяжёлым, и ни один из них не мог его вдохнуть.

Эйдан хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Он просто продолжал смотреть на неё, а она — на него.

Пламя костра, кажется, горело мягче, чем раньше, теплее. Или это просто Клэр так ощущала его сейчас, чувствуя, как её собственное тепло переплетается с тем, что она пыталась передать Эйдану. Их тела были рядом, её руки лежали у него на груди, ощущая, как под пальцами слабо, но всё ещё уверенно билось его сердце.

Эйдан тяжело дышал, его глаза были прикрыты, но он не спал. Это Клэр знала наверняка. Он слишком напрягся, его тело, казалось, боролось с чем-то большим, чем физическая боль.

Она смотрела на него — грубое лицо с резкими линиями, отросшая борода, тёмные волосы, слегка влажные от пота. Даже в слабости он казался сильным. И это только усиливало те чувства, которые поднимались в её груди.

— Ты столько сделал для меня, — вдруг произнесла она.

Его веки дрогнули, и он медленно открыл глаза, карие, глубокие, смотрящие прямо на неё.

— Снова начинаешь? — хрипло сказал он, угол его рта чуть дёрнулся, будто он хотел усмехнуться.

Но Клэр не отвела взгляда.

— Нет, — сказала она твёрдо. — Просто хочу, чтобы ты это знал.

И прежде чем она успела подумать, что делает, она склонилась ближе и поцеловала его. Поцелуй был мягким, но уверенным. Её губы касались его, передавая всё то тепло, всю благодарность и страх, которые она держала в себе слишком долго.

Эйдан сначала замер. Это застало его врасплох, и его тело напряглось, будто он не знал, как на это реагировать.

Но потом его словно сорвало. Его рука медленно поднялась, ложась ей на затылок, пальцы осторожно коснулись её волос. Он ответил на её поцелуй, жадно, властно.

Он чувствовал вкус её солёных от слёз губ, её дыхание, смешивающееся с его собственным. В этом было столько жизни, столько тепла, что он позволил себе забыть на мгновение обо всём: о холде, боли, страхе. Он целовал ее мучительно долго, ощущая как внутри поднимается огонь. Ему не просто тепло…ему жарко.

Когда их губы наконец разъединились, он медленно открыл глаза и встретился с её взглядом.

— Зачем ты это сделала? — прошептал он, голос всё ещё хрипел, но теперь в нём звучала мягкость.

Клэр тихо улыбнулась, её голубые глаза блестели.

— Я хотела чтобы мы почувствовали себя живыми, — повторила она. — Чтобы я почувствовала себя живой…ты спасаешь меня, а я тебя.

Он молчал несколько секунд, просто смотря на неё, а затем тихо сказал:

— Мы спасаем друг друга.

Они лежали рядом, не двигаясь. Огонь трещал, разбрасывая искры, но теперь этот звук не казался таким резким, таким чужим.

Клэр закрыла глаза, уткнувшись ему в плечо. Её дыхание стало ровным, почти спокойным.

Эйдан лежал, чувствуя её тепло, и впервые за долгое время его мысли не были такими чёрными.

"Ты спас меня."

Её слова эхом отдавались в его голове, снова и снова. Он чувствовал, как они размывают тот барьер, который он выстроил между собой и этим миром. На следующее утро он проснулся первым. Его тело всё ещё болело, нога напоминала о себе каждой секундой, но он чувствовал, как что-то изменилось. Сила возвращалась.

Он сел, медленно, с трудом, но сам.

Клэр проснулась от его движения.

— Ты что делаешь? — спросила она, всё ещё с сонным беспокойством в голосе.

— Просыпаюсь, — пробормотал он, вытягивая руку, чтобы взять ветки и подбросить их в огонь.

Она поднялась усаживаясь рядом.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказала Клэр, её голос был мягким, но в нём слышалась строгость.

Он посмотрел на неё и впервые за долгое время улыбнулся, настоящей, слабой, но тёплой улыбкой. Она была ослепительной, она так меняла его суровое лицо.

— Ты вытащила меня с того света, — сказал он, его голос был низким, но уверенным. — Я…просто горжусь тобой, девочка.

Клэр замерла, её глаза слегка расширились. Она не знала, что сказать.

Эти слова прозвучали для неё важнее любых комплиментов, которые она слышала раньше.

— Спасибо, — тихо сказала она, и её губы дрогнули в улыбке, которую она давно себе не позволяла.