Но внутри меня бушует хаос. Я не знаю, что ждёт нас дальше, но теперь отступать поздно.

Светлана сидит, опустив взгляд на свои дрожащие руки. В комнате повисает гнетущая тишина, но вдруг она резко поднимает голову. В её глазах вспыхивает гнев.

— Твой муж — лжец, — выпаливает она. — Он использовал всех, кто был рядом с ним, включая меня. Теперь все в опасности, а он прячется, как крыса.

Её слова бьют меня, словно холодная вода обрушивается на голову. Я сглатываю ком в горле, пытаясь скрыть, как глубоко меня задела эта правда.

Светлана тяжело вздыхает, но затем произносит фразу, которая словно ударяет меня прямо в грудь:

— И он прятался не только из-за долгов. Он был с ней. С другой женщиной.

Эти слова выбивают воздух из лёгких. Моё тело замирает, сердце сжимается в болезненной судороге.

— Что? — еле слышно произношу я. — С какой ещё женщиной?

Максим напрягается, в его взгляде вспыхивает гнев.

— Что ты имеешь в виду? — его голос холоден и требователен.

Светлана отводит взгляд, закусывая губу.

— Это не моё дело, — уклончиво отвечает она. — Но он сделал свой выбор — и это точно была не ты. Если вы хотите найти Андрея... — её голос тихий и дрожащий, словно каждое слово причиняет боль. — Он был с ней.

Я поворачиваюсь к ней, чувствуя, как кровь стучит в висках.

— С кем? Кто она?

Светлана молчит, её взгляд мечется между мной и Максимом. Наконец она тяжело вздыхает и говорит:

— Спросите у него, — её голос полон усталости и горечи. — Я больше ничего не скажу.

Я резко оборачиваюсь к Максиму. Он выглядит так, будто внутри него идёт ожесточённая борьба за контроль над собой. Я хочу закричать, но не могу. Гнев пылает во мне, заполняя каждый уголок моего тела, но я сдерживаю его, сжимая кулаки до боли.

Я чувствую, как слёзы катятся по щекам. Внутри всё рушится. Я держалась за последнюю надежду, но теперь она рассыпается прямо у меня на глазах. Максим резко поворачивается к окну, словно его что-то насторожило. Я тоже оборачиваю голову и замираю: чёрная машина медленно подъезжает к зданию.

— Нас нашли, — холодно сказал он. — Они за ней.

Светлана побледнела, её дыхание стало прерывистым.

— Это они, — её голос сорвался на истерику. — Они убьют нас всех!

Максим схватил её за плечи и встряхнул.

— Тихо! — рявкнул он. — Вы двое — за мной. Мы уходим.

Я почувствовала, как его рука обхватила мою, и это стало единственной опорой в этом хаосе. Мы выбежали из комнаты, и страх гнал нас по коридору. В голове бился один вопрос: сможем ли мы спастись?

Мы бежали по коридору, ноги скользили по грязному полу, а сердце отбивало бешеный ритм. Светлана тяжело дышала за моей спиной, её шаги сбивались, но Максим тащил нас вперёд, словно от этого зависела наша жизнь. И, возможно, так оно и было.

Едва добравшись до заднего выхода, Максим толкнул тяжёлую железную дверь, и нас обдало холодным ночным воздухом. Я на мгновение замерла, пытаясь восстановить дыхание, но тут же услышала сдавленный крик Светланы. Позади нас, где-то в коридоре, послышались шаги. Они были близко. Слишком близко.

— Держитесь за мной, — рявкнул Максим, его рука крепче сжала мою ладонь.

Мы побежали к парковке, но на полпути я споткнулась. Нога подломилась, и я почувствовала, как теряю равновесие. Мир вокруг закружился, но прежде чем я упала, Максим подхватил меня, крепко обхватив за плечи.

— Я же сказал, держись ближе, — прошипел он мне в ухо, его дыхание было горячим и рваным.

Я кивнула, не в силах что-либо сказать, и снова побежала, не отрываясь от его руки. Светлана плелась позади нас, издавая тихие всхлипы. Вдали раздался грохот — они уже начали обыскивать здание. Ещё немного, и они выйдут наружу.

Максим резко распахнул дверь своей машины и толкнул меня внутрь. Я упала на сиденье, дыша так, будто пробежала марафон. Светлана почти залезла в машину, но вдруг её руки взлетели вверх, изо рта хлынула кровь, и она упала на спину.

— Закрывай двери! Едем! — крикнул Максим, и машина сорвалась с места.

По машине били пули. Одна из них пробила стекло, оставив дыру.

— Пригнись и не вставай!

Мы мчались вперёд, машина содрогалась от каждого удара, но постепенно выстрелы стихли. Они не успели нас догнать. Моё дыхание вырывалось рваными всхлипами, но слёз не было.