Максим выключил фары, и тьма сразу же поглотила нас. Машина замерла в тени, как зверь, скрывающийся перед прыжком. Максим открыл дверь и вышел, его фигура на мгновение стала частью этой темноты.

— Мы заходим только по моей команде, — сказал он, обернувшись ко мне. В его голосе звучала холодная решимость, от которой меня одновременно охватывали паника и спокойствие. — Ты остаёшься за мной. Понятно?

Я сжала губы, чувствуя, как внутри всё протестует. Мне хотелось возразить, но его взгляд был настолько твёрдым, что я не смогла. Он смотрел на меня так, словно держал мою жизнь в своих руках и знал, как её защитить.

Я кивнула:

— Хорошо.

Но внутри я знала — я не смогу просто следовать за ним. Эта поездка касалась меня не меньше, чем его.

Максим идёт впереди, его шаги почти бесшумны. Я следую за ним, стараясь не отставать, но с каждым шагом внутри растёт тревога. Деревья вокруг шуршат на ветру, и мне чудится, что кто-то наблюдает за нами из темноты.

Максим тихо приоткрывает дверь дома, и я задерживаю дыхание. Старая деревянная дверь издаёт лёгкий скрип, но внутри нас встречает только тишина. Мы заходим внутрь, и я тут же ощущаю, как воздух становится тяжёлым, пропитанным сыростью и затхлостью. В доме темно, но лунный свет проникает через разбитые окна, выхватывая из полумрака детали.

— Будь тише, — шепчет Максим, внимательно осматривая каждую деталь вокруг.

Я машинально прижимаюсь к нему ближе, чувствуя себя беспомощной в этом мрачном месте. Дом выглядит заброшенным, но следы недавнего присутствия очевидны: грязные тарелки на столе, сигаретные окурки на полу, куча брошенной одежды в углу. Я пытаюсь сосредоточиться, но моё внимание притягивает нечто другое — фотография на столе. Я подхожу ближе и беру её в руки, сердце колотится так, что кажется, его стук слышен на весь дом.

На фотографии Андрей. Он стоит рядом с женщиной и я ее уже знаю – это Лера. Мать Максима. Она красива, её тёмные волосы струятся по плечам, а в глазах читается любовь. Сжимая фотографию, я чувствую, как холод заполняет моё тело.

— Максим, посмотри, — мой голос дрожит, когда я протягиваю ему снимок.

Он подходит ближе и берёт фотографию из моих рук. На мгновение его лицо каменеет, а затем по его глазам пробегает странная, тёмная тень.

— Это мама, — говорит он хрипло.

Его взгляд становится напряжённым.

— И все же она была для него не просто женщиной. И, кажется, он не смог её отпустить.

Его слова ранят меня. Они звучат, как приговор, и всё, во что я верила, рушится у меня под ногами. Лера... та самая женщина, о которой я старалась не думать все эти месяцы, вдруг оказывается гораздо ближе, чем я могла представить. Он страдал по умершей Лере…И любил ее. Зачем он тогда женился на мне?

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но вдруг сзади раздаётся глухой шум. Я оборачиваюсь, и в ту же секунду тишина взрывается хаосом. Двое мужчин выскакивают из тени. Один из них бросается на Максима, второй устремляется ко мне. В моих ушах звенит от страха, я не успеваю среагировать. Чьи-то руки грубо хватают меня за волосы, рвут назад, и я вскрикиваю от боли.

— Максим! — кричу я, чувствуя, как паника захлёстывает меня с головой.

Максим оборачивается. В его взгляде вспыхивает ярость, такая сильная, что я на миг замираю. Он легко справляется с первым нападавшим, мощным ударом отправляя его в стену. Мужчина оседает на пол, а Максим уже направляется ко мне.

— Не трогай её! — его голос звучит как рёв дикого зверя.

В следующую секунду он хватает ближайший стул и с силой обрушивает его на мужчину, державшего меня. Я чувствую, как хватка ослабевает, и падаю на колени, хватая ртом воздух. Моё сердце бьётся так быстро, что я едва могу сосредоточиться. Максим опускается рядом, его руки обхватывают мои плечи.

— Ты цела? — его голос звучит глухо, но в нём сквозит беспокойство.

Я киваю, хотя моё тело всё ещё дрожит. Максим помогает мне подняться на ноги и быстро оглядывается вокруг.

Стою у стены, едва дыша, всё внутри будто парализовано от страха. В комнате царит хаос: с полки упали книги, мебель перевёрнута, воздух пахнет пылью и потом. Максим с лёгкостью прижимает нападавшего к полу, связывая его руки за спиной какой-то тряпкой, валяющейся на полу. Мужчина извивается, но Максим сжимает верёвку сильнее, и тот скрипит зубами от боли.

— Кто вас сюда послал? Где Андрей? — голос Максима холодный, без эмоций, как у человека, который не привык терпеть отказ.