Максим стоял в углу тёмного двора, прячась за припаркованным грузовиком. Его взгляд был направлен на окна квартиры Веры. На свет, который пробивался сквозь плотные шторы. Там, за стеклом, находились две женщины, которых он сейчас ненавидел больше всего на свете.

Вера. Холодная, расчётливая, манипулятивная. Она слишком долго думала, что может играть с ним, как с марионеткой, и использовать, когда ей вздумается. Он видел её насквозь, знал все её фальшивые усмешки и любезности. Но сегодня она в этом доме не одна.

Вторая — Олеся. Та самая. Женщина, которая заняла место его матери. Женщина, ради которой Андрей бросил Леру, разбил ей сердце, а потом ушёл, не обернувшись, оставив её умирать в своей боли. Максим смотрел на окна и чувствовал, как внутри него разгорается ярость, будто холодный ветер раздувает огонь.

"Как она может там сидеть? Такая спокойная, такая святая. Она понятия не имеет, кем был её муж на самом деле. Пусть её идеальный мир развалится, как развалилась моя жизнь. Пусть она почувствует, что значит терять всё."

Максим достал из кармана пачку сигарет и закурил. Дым обжёг горло, но ему было всё равно. Он давно привык к этому чувству. Оно словно помогало сдерживать ту лавину гнева, которая бурлила в его груди.

Он наблюдал за светом в окнах, пока не заметил, как две фигуры переместились ближе к шторе. Олеся что-то сказала, Вера, судя по жестам, ответила ей с присущей ей язвительностью. Максим прищурился, почти чувствуя это напряжение даже с улицы.

"Ладно, хватит сидеть в засаде. Пора действовать," – подумал он и бросил окурок на землю, туша его ботинком.

***

Максим стоял, прислонившись к косяку двери, наблюдая за сценой, развернувшейся в гостиной Веры. В комнате было напряжение, которое можно было почти пощупать. Олеся — аккуратная, хрупкая, уставшая — сидела на диване. Она смотрела на Веру, как будто пытаясь выжать из неё хоть каплю правды. Вера, как всегда, отвечала с привычной издёвкой, будто наслаждалась моментом. Максим видел это уже сотни раз. Вера была мастером манипуляций. Лицемерка до мозга костей.

"Как она это делает? Как умудряется так профессионально притворяться?" — подумал он, наблюдая за её холодной улыбкой.

Для него Вера была лишь пустым звуком в его жизни. Она была сестрой его матери, но никогда не вела себя как настоящая тётя. Она могла раз в год сунуть ему пару купюр, когда он ещё был подростком, но на этом её участие в его жизни заканчивалось. Вера никогда не понимала, что ему нужно. Её слова всегда звучали фальшиво, а обещания ничего не стоили. Чаще он бывал у бабушки Лены. Там и ночевал…А так он вырос на улице. Там коридоры его университетов и школы жизни.

"Для неё главное — её драгоценная квартира, её брендовые вещи, её пустая жизнь. А что за пределами этой роскоши? Ничего. Ни души, ни совести," — думал он, бросив взгляд на её очередной дорогой наряд.

Максим всегда держался от неё на расстоянии. Да, он наведывался в эту квартиру — не к Вере, а скорее для того, чтобы удостовериться, что его мать, хоть и в воспоминаниях, была бы защищена от грязных сплетен. Если бы Вере вдруг угрожали, он бы встал на её защиту, но не из-за привязанности — скорее из чувства долга, не более.

Но сейчас его взгляд был прикован не к Вере. А к ней. К Олесе.

Она сидела с прямой спиной, но её плечи дрожали. Её пальцы нервно теребили край рукава. Она выглядела так, будто вот-вот сломается, но отчаянно пыталась держать себя в руках. Её глаза... Максим на мгновение замер, не сводя с неё взгляда. Светло-серые, полные боли. Она выглядела такой растерянной, но в то же время в её лице читалось что-то ещё. Что-то, что он не мог точно понять.

"Она даже не понимает, куда попала," — подумал он с долей презрения.

Когда он сделал шаг в комнату, Вера сразу изменилась. Её взгляд стал жёстче, осанка напряжённее. Максим усмехнулся про себя. Она всегда напрягалась, когда он появлялся. Она знала, что он видит её насквозь, и это выводило её из себя.

– Привет, мачеха, – с лёгкой издёвкой бросил Максим, глядя на Олесю.

Он видел, как её глаза расширились от удивления, а затем в них появилась смесь страха и гнева. Она сжала губы, как будто готовилась ответить, но не знала, что сказать.

"Что, не ожидала такого поворота?" — подумал он, чувствуя, как его издёвка даёт ему странное удовлетворение.

***

В коридоре Максим догнал Олесю. Шум его быстрых шагов раздался за спиной, как гром, заставив её замереть.

– Бежать куда-то собралась? – его голос прозвучал низко и насмешливо.