Чёрт. Слова падают, как камень в глубокий колодец. Я молчу, чувствуя, как внутри закипает ярость. И тут же успокаиваю зверя внутри. Здесь бессмысленно рычать и топтать землю, это не поможет.

— Значит, ты ничем не можешь помочь? — спрашиваю, сдерживая рык.

Она чуть склоняет голову, как будто разглядывает меня.

— Я не сказала, что ничем, — отвечает она.

И тут же её тон меняется, становится мягче. Она смотрит мне прямо в глаза, её взгляд наполнен какой-то странной… теплотой?

— Ты хочешь защитить её. И это правильно. Пока она человек, её можно сделать неуязвимой для магии.

Я смотрю на неё, нахмурив брови.

— Как?

Фей вытягивает из кармана небольшой амулет. Тонкая цепочка блестит в её пальцах, а сам медальон выглядит настолько простым, что я сначала хочу закатить глаза. Но что-то в нём заставляет меня замереть.

— Это верба, — поясняет она. — Никто — ни демон, ни маг, ни тварь, заточённая в этом мире, — не сможет наложить на неё заклинание, пока она носит это.

— И это всё? — спрашиваю, нахмурившись.

— Это достаточно, чтобы она была жива, пока ты не найдёшь другой способ.

Её голос спокоен, но в нём звучит что-то, что заставляет меня поверить. Я беру амулет, сжимаю его в руке.

— Спасибо, — говорю, стараясь, чтобы это не звучало саркастично.

Она кивает, будто это «спасибо» было ожидаемым.

— Есть ещё кое-что, Вахид, — говорит она.

Я смотрю на неё внимательно.

— Прими предложение Морта, — её слова падают, как удар.

— Да ну нахрен, — огрызаюсь я.

— Прими его, — мягко повторяет она.

Я качаю головой.

— Этот ублюдок играет со мной, Фей. Ты серьёзно предлагаешь мне доверять ему?

— Это не вопрос доверия, — говорит она. — Это вопрос выбора. Ты хочешь знать своё прошлое, Вахид. Ты этого боишься, но в то же время жаждешь.

Я молчу, сжимая зубы. Она, чёрт возьми, снова права.

— Морт? — я усмехаюсь, наклоняя голову. — Ты действительно думаешь, что я соглашусь идти на поводу у этого хладнокровного ублюдка?

Фей не двигается. Стоит неподвижно, будто статуя, высеченная из ночного мрака. Только глаза… эти синие глаза вдруг вспыхивают чем-то вроде укоризны.

— Ты плохо его знаешь, — её голос тихий, но почему-то он отзывается в моей голове, как гром.

— Знаю достаточно, — огрызаюсь я, шагнув ближе. — Он манипулятор. Мразь, которая в каждом слове держит крючок. Он говорит так, чтобы ты проглотил наживку и сам себе затянул петлю на шее. Я не собираюсь плясать под его чёртову дудку.

— Ты не понимаешь, Вахид, — её голос мягкий, но я чувствую, как в нём звучит сталь.

— Да ну? — я бросаю ей дерзкий взгляд. — Просвети меня, ведьма.

Фей, словно не замечая моего тона, делает шаг вперёд. Она медленно поднимает глаза, и в её взгляде нет ни злости, ни раздражения. Только странное спокойствие, от которого мне становится не по себе.

— Ты не боишься Морта? — спрашивает она, словно для неё это даже не вопрос.

— Я никого не боюсь, — резко отвечаю.

Она качает головой, едва заметно, но в этом движении — что-то вроде горечи.

— Тогда ты глупец, — говорит она, её голос почти шёпот, но он бьёт по нервам. — И я говорю это не для того, чтобы обидеть тебя. Я просто хочу, чтобы ты понял.

— Что понял? — рявкаю, сжимая кулаки.

— Морта боятся не потому, что он жесток. Не потому, что он манипулирует. Его боятся, потому что он всегда получает то, чего хочет. Всегда. — Её слова повисают в воздухе, словно ледяные ножи.

— Да ну? — я фыркаю, но голос уже звучит менее уверенно. — А если я не дам ему того, чего он хочет?

— Тогда ты пожалеешь, — она говорит это спокойно, без угрозы, без давления. Просто факт.

— Он твой племянник, да? — спрашиваю я с сарказмом, щуря глаза. — Ты пришла сюда, чтобы продавать мне его услуги?

Фей приподнимает бровь.

— Я пришла сюда, потому что ты позвал меня. Но если ты решил послушать моего совета — это уже твой выбор.

— Почему ты так защищаешь его? — мой голос становится ниже, грубее.

Она смотрит на меня долго, внимательно. Потом слегка качает головой, словно видит в моём вопросе что-то… детское.

— Я не защищаю его, — отвечает она наконец. — Просто объясняю. Морт — не твой враг. Пока что.

— Пока что? — повторяю я, чувствуя, как внутри поднимается знакомый гнев.

— Он дал тебе выбор, — говорит Фей, чуть подавшись вперёд. Её синие глаза сверкают, и я ловлю себя на мысли, что не могу оторвать от них взгляд. — И ты должен понять: если Морт делает предложение, от него не отказываются.

— Да что он мне сделает? — рявкаю я, но в глубине души понимаю, что её слова оставляют холодный след.

Фей на мгновение молчит. Её взгляд становится холодным, а голос — ещё более тихим, чем раньше.