Хэйлин приподнимается на локте, рукой вцепляется в кожаный ремень. Тень страха мелькает в ее глазах, даря мне аромат жимолости и гвоздики. Потом она дергает за пояс, чтобы притянуть меня ближе. Неуверенность, которую я чувствую в ней, сменяется желанием, когда она сжимает мои запястья, пробуждая моего извращенного монстра.

Хэйлин прижимает ладони к моей груди и заставляет лечь на спину. Она самое красивое создание, которое я когда-либо видел. Сев верхом, она заводит мои руки за голову, безмолвно приказывая держать запястья там.

Ее губы прижимаются к моему уху.

— Я никогда не надену ожерелье обратно, потому что навсегда принадлежу тебе, — шепчет она, и мое сердце колотится от этого признания. — Точно так же, как знак на моем бедре всегда был там, ожидая, когда ты укажешь на него.

Кровь кипит, вены пульсируют в такт яростному биению сердца. Ее слова убивают меня.

Если я умру сегодня ночью от ее рук, то буду наслаждаться каждой жестокой секундой этой сладкой смерти.

Когда она выгибает спину назад, мой член подергивается от дразнящего ощущения ее скользкой киски, прижавшейся к моему стволу. Она надавливает чуть сильнее, отчего резкий вдох вырывается из-под моих стиснутых зубов, и коварно улыбается, завладевая мной полностью.

Я толкаюсь в нее бедрами, отчего ее небольшие, но идеальные груди слегка подпрыгивают.

— Сделай так, чтобы я тебя боялся, малышка.

Она протягивает руку выше моей головы и хватает стакан с водой. Выливая содержимое на пол, разбивает стакан, ища подходящий осколок. Я загипнотизирован каждым ее движением, пока она методично проверяет кусочек на наличие мелких осколков, затем проводит мягкой подушечкой пальца по моей груди, сосредоточено подыскивая местечко, а скользкой киской все это время трется обо меня.

Я схожу с ума, мечтая узнать, что она хочет вырезать на моей плоти.

Мы как пламя, прогретое до немыслимых градусов, огненная алхимия превращает наши элементы в эликсир, который объединяет нас. Боль и удовольствие сталкиваются, энергия мечется и накаляется, очищая наши души.

Ее губы прижимаются к моим, скрепляя обещание нежным поцелуем, а потом она протыкает мою кожу стеклом. Мои мышцы напрягаются, когда она вырезает какую-то фигурку на моей груди, прямо над черепом оленя.

Болезненное жжение — это чистый эротический экстаз, и Хэйлин никогда не выглядела сексуальнее, чем в этот момент. Ее тело блестит в свете камина, белая прядь обрамляет половину лица и вызывает у меня желание намотать ее волосы на кулак и притянуть к себе.

Дергаю связанными запястьями при этой мысли, и когда Хэйлин наклоняется и слизывает капли крови с моей кожи, я теряю голову, желая разорвать путы и драть ее до тех пор, пока она не начнет орать мое имя.

Слизывая кровь, она поднимает свой пристальный взгляд, и выглядит пиздец как сексуально, отчего я сжимаю челюсти, пытаясь держать себя в руках. И когда она прижимается ко мне губами, дразня своим эйфорическим вкусом, смешанным с моей кровью, то милосердно насаживается своей сладкой киской на головку моего члена.

Я стону ей в рот.

— Хэйлин, я сейчас перегрызу нахуй этот ремень…

Она целует меня сильнее и опускается на мою твердую эрекцию, а я издаю проклятия при ощущении ее окутывающего тепла. Она совершенна; создана богами, создана специально для меня.

Борясь с желанием схватить ее за бедра и вонзиться в нее, как развратный монстр, я упираюсь костяшками пальцев в пол, толкаясь бедрами вверх, навстречу каждому движению ее бедер.

Я теряюсь в ней, я заворожен. Не могу оторвать от нее взгляд, пока она скачет на мне, умело покачивая бедрами. Ее глаза закрыты, волосы растрепались.

Боже, такая чертовски красивая и вся моя.

Она тащит меня с собой за край, вырывая из моего рта судорожные вздохи, руками блуждает по моей груди, ногтями царапает кожу, дразня обещанной болью. Пальцами размазывает скопившуюся кровь, жжение от свежего пореза разжигает неукротимую потребность соединить эту плотскую боль с мучением, которое я ощущаю постоянно, находясь рядом с ней. Я хочу довести ее до катастрофических высот, услышать, как мое имя произносят ее грешные уста, и призвать силу разрушения.

Хэйлин прыгает на мне в чувственно-медленным темпе, разрушая любой уровень контроля. Клянусь, она, блять, проникает под мою кожу и привязывается к сухожилиям. Я толкаюсь навстречу движениями, становясь ее эхом.

— Ты мне доверяешь? — я кое-как дышу, произнося эти слова.

Ее движения замедляются, она смотрит мне в глаза, молчит. Мое опасение нарастает, пока она, наконец, не кивает, шепча простое:

— Да.

Ее ответа должно быть достаточно.

Но сводящее с ума желание соединить ее со своей чертовой душой полностью захватывает меня, и я поднимаю свои связанные руки над ее головой и обхватываю за поясницу, поднимаясь чуть выше.

— Вот и проверим, — говорю я, завладевая ее губами в пламенном поцелуе, сжигающем последние остатки моего контроля.