Зачесав волосы назад, Хэйлин указывает на символ на стене ущелья.

— Да, связано. Но это подтверждает только то, что мы уже знаем. Не знаю, к чему это приведет, — она поднимает палец и откладывает блокнот. — О, и вот это.

После того, как Хэйлин находит палку, она использует ее, чтобы тыкнуть тушу оленя.

— Следы укусов на лопатке похожи на человеческие. Я нашла среди останков еще нескольких более свежих оленей с похожими следами зубов.

Ее взгляд встречается с моим, и мы понимаем, что это значит. На первом месте преступления был найден олень, растерзанный человеком.

Приближаясь, Алистер набирает сообщение на своем телефоне.

— Покажи мне символ.

Пока Хэйлин объясняет Алистеру значение философского камня, детектив Риддик направляется к группе. Внезапно в ущелье становится слишком людно.

— Слепки со следов укусов оленя на первой сцене дали какую-нибудь информацию? — спрашивает Хэйлин у Алистера.

Пристально глядя на изуродованного оленя, на которого указала Хэйлин, он качает головой.

— Совпадений нет. В любом случае, в наше время это уже не является вещественным доказательством.

— Теда Банди это довело до смертной казни, — говорю я.

Хэйлин бросает на меня предупреждающий взгляд.

— Можно ли сравнить слепки с отпечатками зубов на этом олене? Дабы убедиться, что это сделал тот же самый человек.

Это привлекает все внимание Алистера, и он смотрит прямо на нее.

— Что ты пытаешься сказать, Сент-Джеймс?

Я чувствую нерешительность Хэйлин и вижу момент, когда она почти отступает. Затем она поднимает подбородок, чтобы встретиться взглядом с Алистером, и в ее глазах вспыхивает пламя.

— Кто-то охотился и разделал оленей, — она бросает на меня быстрый взгляд, — как это называется?

— Спарагмос13, — сообщаю я.

— Это священное жертвоприношение, и преступник, очевидно, практиковался в течение многих лет, судя по степени разложения, — она прикусывает нижнюю губу, а затем добавляет: — Здесь, возможно, сотня оленей. Разорванные на части. Пропали все шкуры и рога. Это священные предметы, используемые в дионисийских ритуалах.

— К делу, Сент-Джеймс, — огрызается Алистер.

Я от злости делаю шаг вперед, но Девин хватает меня за руку. Риддик выпячивает грудь, становясь рядом с Хэйлин.

— У жертвы, найденной на месте преступления Предвестника, в голове были имплантированы оленьи рога, — она делает паузу, чтобы ее слова дошли. — Мы никогда не поднимали вопрос, являются ли пропавшие жители жертвами… или нет. Может быть, люди, пропавшие пять лет назад, не хотят, чтобы их нашли.

От этого предположения воздух в ущелье становится удушливым.

Это руководство школ мистерий: тайные общества всегда защищают тайны. И маленькая Хэйлин держит свои теории заговора в секрете. Она с тревогой оглядывается по сторонам, сама еще не уверенная в своей теории, лишь бросает вызов норме.

Алистер одергивает подол своего пиджака, уперев кулаки в бока.

— Части тела появляются по всему гребанному болоту. Так что, любой, кого заставляют или добровольно приносят в жертву, все равно является жертвой. Поняла?

Хэйлин еще секунду выдерживает его суровый взгляд, затем кивает.

— Поняла, сэр.

— Если я услышу хотя бы намек на это в СМИ… — его угроза улетучивается со следующим порывом ветра. — До конца дня ты должна подготовить обновленный профиль, включая эту сцену.

Он поворачивается, чтобы уйти, но затем говорит:

— По словам агента Раны, на болиголов, скорее всего, совершил налет второй преступник, твой убийца Предвестник. Поговори с ней об этом. И пусть это появится в твоем профиле перед завтрашней пресс-конференцией.

Направляясь в сторону агентов, огораживающих место происшествия лентой, Девин толкает Хэйлин в плечо.

— Черт возьми. Ты его просто до жути бесишь.

Хэйлин делает глубокий вдох.

— Это мой талант.

— Уважаю, — Девин поднимает свою сумку, но затем останавливается. Она бросает ее на камень. — Послушай, я ценю то, что ты делаешь, выдвигаешь теории, пытаешься помочь. Вот почему я настояла на том, чтобы ты работала с нами, — она задумчиво касается своего лба. — Но ты должна знать, что они жертвы, Хэйлин. Они не просто ушли или присоединились к какой-то секте. В течение пяти лет от них не было ни слуху ни духу. Мой брат не просто так решил в один прекрасный день взять и уйти, не позвонив, не связавшись. Его похитили. Кто-то забрал его. Он бы не причинил мне такой боли. Мы были близки… близки и сейчас, — поправляет она. — Мы близнецы. Мы так близки, насколько это возможно. Я уверена в этом.

В знак утешения Хэйлин касается руки Девин.

— Прости. Я не хотела…