— Да брось, — усмехается Фред. — Уверен, что такого, — он обводит взглядом стены своего логова, — ты даже представить себе не мог. Нравится моя коллекция? Если хорошенько присмотришься, то сможешь кое-где отыскать себя. — Он облизывает губы и скалится. — Но это не более, чем случайность. Не обижайся, Эйс. Пойми: это все, — разводит руки в стороны, — только для Вивьен.
Я выглядываю из-за плеча Эйсто и ловлю безумный взгляд угольно-черных глаз, устремленный прямо на меня.
— Тебе нравится, Ви? Я старался ради тебя. Посмотри. — Фред шагает ближе. В эту же секунду Эйсто прижимает меня к своей спине, и мы синхронно отступаем назад. — Эйс, ну не будь ты сволочью. Дай ей взглянуть. Ей понравится. Ты для нее такого точно не делал. — Он растягивает слова сквозь улыбку и не сводит с меня глаз. — Не бойся, крошка Ви. Фотографии не кусаются, в отличие от меня.
— Стой, где стоишь! — рявкает Эйсто, загоняя меня обратными шагами к стене. Он заводит руки за спину и растопыривает локти, защищая меня, словно крыльями.
— Это угроза? — Фред делает неторопливый шаг к нам. Рука, которую он все это время держал за спиной, опускается. — Я бы не советовал. Угрожать. Мне.
Параллельно худощавому телу повисает деревянная бейсбольная бита. Я в ужасе ахаю и впиваюсь пальцами в ребра Эйсто.
Пыльный подвал. Запах сырого бетона, химикатов и моей крови.
Темный силуэт.
Удар.
Пронзительный крик.
Эйсто был прав.
Это был он.
Каждый раз в гараже это был Фред.
Он убивал меня.
Мое тело содрогается от кошмарного осознания. И чем дольше я смотрю на биту, тем сильнее меня трясет.
Так я и погибала: от удара битой в висок. Фред разбивал мне голову своим любимым трофеем с автографом Алекса Родригеса47, который занимал почетное место на стене его спальни.
Почему я раньше не додумалась? Ведь за все годы нашей «дружбы» с Фредом я видела эту биту сотни раз, но так и не распознала в ней орудие своего убийства. Как я могла быть такой слепой?
Каждый раз, запуская проект, я настолько горела идеей вернуть Эйсто, что не обращала должного внимания на поведение Фреда. Стоило мне притормозить хотя бы на мгновение… Взять паузу, чтобы оценить отдельно каждый эксперимент… Я бы разгадала загадку. Склеила бы пазл. Я бы вычислила убийцу раньше, чем он разоблачил сам себя. Но теперь он впереди. Он обвел меня вокруг пальца. Он, мать его, гений и маньяк в одном лице. И я не знаю, чего от него ожидать. Я могу лишь мяться на слабых ногах за спиной Эйсто, дрожать и сокрушаться о том, что все обернулось именно так.
Я сталкиваюсь с отрезвляющей реальностью, и она лепит мне отчаянную пощечину. Шок развеивается. Меня захлестывает боль, от которой хочется выть, но я могу лишь шептать:
— Это был ты… — Тихо прорывается сквозь мои сухие губы.
— О чем ты? — не оборачиваясь, спрашивает Эйсто. Его крепкие руки по-прежнему огибают мое тело.
— В гараже… Это всегда был Фред. Он убивал меня, потому что… — я бросаю взгляд на его ехидную ухмылку, — в реальности он бы никогда не подпустил меня к этому месту. Он подсознательно защищал свой секрет.
— Погоди-погоди… — посмеивается Фред, прокручивая между пальцев биту. — Я убивал тебя? Серьезно? — Кажется, этот факт его забавляет. Он прикрывает рот свободной ладонью и смеется громче. — Это интересно. Хотя… все может быть. — Он внезапно успокаивается. — Знаешь почему, Ви? — С его лица стираются остатки улыбки. — Может, потому что ты постоянно лезешь не в свое дело? Например, как сейчас. — Расстояние между нами сокращается еще на один неторопливый шаг Фреда. — Может, я сам хотел посвятить тебя в свою маленькую тайну. Просто ждал подходящего момента. Но ты, как всегда, нетерпеливая и прешь напролом со своим гребаным рыцарем. — Он переводи взгляд на Эйсто и вытирает влажные губы тыльной стороной ладони. — Как дела у Стеллы, Эйс? Ах да, ты же отправил ее домой, чтобы во всю поразвлекаться с моей девочкой.
— Она не твоя! — оскаливается Эйсто, вжимая меня спиной в стену подвала. — И никогда не будет.
— Думаешь, что сможешь помешать мне? — Челюсть Фреда издает мерзкий скрежет. — Думаешь, что я продолжу терпеть ваши долбаные отношения, как раньше? — выплевывает он сквозь стиснутые зубы. — Думаешь, я позволю тебе снова отобрать ее у меня? — Рука с битой сжимается в кулак. — Нет, Торнтон. Не в этой жизни. И уж точно не сегодня.
На резком взмахе бита со свистом рассекает воздух и пролетает в дюйме от моего лица.
— Эйсто, берегись! — Я толкаю его в сторону.
Все происходит за долю секунды, но лишь один момент я вижу словно в замедленной съемке: бита проходит по касательной от виска Эйсто, с треском вписывается в кирпичную стену и, выскользнув из хватки Фреда, падает на бетонный пол.
Фред промахивается.