— Я тоже скучал по тебе, но мои ребра едва зажили с прошлого раза, — шутит Дэйн.

— Что ж, сынок, тебе придется смириться, — возражает мистер Лэндри, отталкивая Дэйна в сторону, чтобы на этот раз схватить Стерлинга и сжать его таким же образом.

Стоящая рядом со мной Скар улыбается, прикрывшись рукой.

— Рад тебя видеть, — со стоном произносит Стерлинг, глубоко вздыхая от облегчения, как только освобождается из объятий деда.

— Твоя очередь, малыш, — приветствует он Уэста, заключая его в такие же крепкие объятия.

— Мама передает тебе привет, — говорит Уэст, когда отстраняется.

— В следующий раз привозите ее с собой, — отвечает мистер Лэндри. — Но ты же знаешь мое правило. Не привозите сюда своего…

— Скользкого папашу, — произносит Уэст в унисон с ним. — Я знаю, дедуль.

Очевидно, Уэст часто слышит это.

Теперь внимание мистера Лэндри приковано к нам, девочкам.

— Что, во имя всего святого, такие хорошенькие штучки, как вы, делают с этими болванами? Вы, парни, им взятку даете, что ли? — спрашивает он, поворачиваясь к своим внукам.

— Дедушка, я хотел бы познакомить тебя с Блу и Скарлетт Райли, — говорит Уэст, кладя руку мне на поясницу.

— Приятно познакомиться, мистер Лэндри, — говорю я.

— Зови меня Бун, — настаивает он, поправляя меня взмахом руки. — И это мне очень приятно познакомиться.

Вместо медвежьих объятий, свидетелями которых мы стали минуту назад, он запечатлевает легкий поцелуй на тыльной стороне моей ладони и ладони Скар.

— А это Джосс, — говорит Дэйн.

Бун оглядывает ее. Не тем жутким взглядом, мол, «что это у нас тут на десерт?» Просто пробегается по ней глазами, отмечая, насколько она великолепна. С тех пор, как я видела ее в последний раз, она распустила косы, оставив для поездки естественные, вьющиеся локоны.

— Счастлив познакомиться и с тобой, милая, — говорит он, целуя ей руку точно так же, как поцеловал наши. — Ты, должно быть, особенная, если сумела приручить этого негодяя. — Затем он кивает на Дэйна, что заставляет Джосс вздрогнуть.

— О, мы… мы… мы не вместе, — заикается она, и это, кажется, смущает Буна.

Когда он бросает взгляд на Дэйна, мне кажется, что ему сейчас устроят взбучку.

— Если ты не заарканил эту красотку, ты либо слепой, либо тупой. Даже Уэсту удалось найти себе даму.

— Ну, спасибо, дедуль, — со смехом говорит Уэст.

— Ты знаешь, о чем я говорю! Всего месяц или два назад ты так разозлил какую-то девчонку, что та изуродовала твою форму. А теперь посмотри на себя. Остепенился.

Мы с Уэстом переглядываемся, стараясь не рассмеяться.

— Это, э-э… та же самая девчонка, — признается он.

На лице Буна снова появляется замешательство, но затем оно сменяется ухмылкой.

— Ты мне сразу понравилась, — говорит он, грозя мне пальцем. — Уэсту нужна та, кто вселит в него страх Божий. Что ж, по крайней мере, мы знаем, что ты можешь постоять за себя.

Уэст поражен, но кивает в знак согласия.

— А теперь проходите в дом, пока мои соседи не подумали, что я плохой хозяин.

У этого человека на много миль вокруг нет никаких соседей.

Мы ступаем на большой модный ковер, и мне приходится ловить падающую челюсть. Красиво отполированные деревянные полы, винтажный шезлонг, расположенный у большого, обрамленного золотом зеркала, написанные маслом семейные — как мне кажется — портреты, люстра размером с «Бьюик», висящая над нашими головами. Здесь есть на что посмотреть. В хорошем смысле этого слова. На ум приходит фраза «старые деньги^[1]».

— Мисти должна быть где-то здесь. Она проводит вас, детки, по комнатам, — рассеянно говорит Бун, выглядывая из-за угла, по-видимому, в поисках той самой Мисти, о которой упомянул.

— Все в порядке, дедушка. Мы знаем дорогу, — вмешивается Дэйн.

— Что ж, полагаю, так и есть. Только не забудьте разместить девочек в белой комнате. Она у нас лучшая.

— Сделаем.

— И как закончите, не мешкайте. Дьюк привез несколько мешков раков, для ужина. Спина бедняги лет на двадцать старше него самого, поэтому я сказал, что вы, парни, поможете, — объясняет Бун.

— Ну естественно, сказал, — ворчит Дэйн.

— Да, черт возьми, сказал! Какой смысл гонять футбольный мяч взад и вперед по полю, если это не прибавит тебе мускулов? Ты не только поможешь ему, но и сделаешь это с улыбкой на лице. А теперь давай, подерзи-ка мне еще разок, и в следующий вторник я тебе надеру задницу. Понял?

— Да, сэр.

Несмотря на резкий тон Буна, ясно, что он говорит несерьезно, поэтому Дэйн спокойно воспринимает угрозу и, смеясь, хватает вещи Джосс. Он первым поднимается по лестнице. Я тянусь за своим багажом, но Уэст вмешивается, используя свою крепкую руку как барьер между мной и вещами.