Сосредоточившись на следах, я следую за ними до боковой двери гаража. И тут я замечаю оранжевый удлинитель, подсоединенный к распределительному щитку, а затем засунутый под защитную пленку. Я знаю, что в прошлый раз, когда я заходила сюда, все было не так. Внутри гаража царит кромешная тьма, поэтому я убираю телефон от уха и включаю фонарик. Одному богу известно, что я обнаружу, когда открою эту дверь, но я все равно отваживаюсь.

Ведь я должна.

— Блу! — кричит Скар.

— Черт! — раздается испуганный возглас от Шейна.

— Ты что, блин, прикалываешься надо мной, Скарлетт! Я думала, тебя похитили!

Прежде чем она успевает заметить, я прячу пистолет за спину.

Сестра не отвечает, ее лицо краснеет, и она пытается найти свою одежду. Я не уверена, что испытываю — злость или облегчение. Эти чертовы следы на снегу принадлежали всего лишь моей тупой сестре, которая пряталась тут с Шейном.

Снова.

К счастью, они спрятались за горой коробок, так что я не увидела причиндалы Шейна, пока тот натягивал штаны. Они даже обогреватель поставили, чтобы было тепло, пока… ну, пока они занимались тем, чем занимались. То есть продумали все до мелочей. Спланировали. Теперь понятно, откуда под дверью удлинитель.

Я осознаю, что единственная опасность, которой стоит тут остерегаться, — это заразная тупость. Немедленно прячу пистолет в задний карман шортов.

— Вы оба, быстро в дом! — приказываю я, бросая в них злобные взгляды. Они что, мать их, издеваются надо мной? Опять?

Хрустя снегом под ногами, я втаскиваю свою отмороженную задницу обратно в дом и убираю пистолет, прежде чем направиться в гостиную.

— Я подъезжаю, — говорит Уэст по громкой связи, напоминая мне, что он все еще на линии. Из-за того, что моя сестра второй раз в жизни ошарашила меня своими тайными занятиями сексом, я и забыла, что Уэсту пришлось сорваться из дома.

— Оставлю дверь открытой. Просто входи.

Мы завершаем звонок, и я отпираю дверь, а после плюхаюсь обратно на диван и отправляю Рикки сообщение.

Блу: Ты не спишь?

Рикки: Нет, еще не дома. Все норм?

Блу: Не совсем. Тебе лучше приехать сюда. У нас проблема.

Рикки: В чем дело?

Блу: Твой брат здесь…

Рикки: Черт. Уже еду.

Я швыряю телефон на диван и киплю от злости, когда двое этих дуралеев наконец вваливаются в дом через заднюю дверь.

Не проходит и десяти секунд, как Уэст заходит через переднюю.

— Садитесь, — рявкаю я, адресуя эти слова Скарлетт и Шейну.

Они делают, как им сказали, устраиваясь рядом на ковре. Уэст, не говоря ни слова, опускается на подушку рядом со мной, согревая мое замерзшее бедро ладонью. Вскоре после этого раздается стук в дверь, и мне не нужно спрашивать, кто это.

— Входи.

После моих слов Уэст оборачивается, чтобы посмотреть, кто еще решил присоединиться к этому импровизированному совещанию. Когда Рикки входит, я замечаю, что между ним и Уэстом больше не летают искры ненависти, презрения во взглядах меньше, чем обычно. Но потом, — будто я еще недостаточно шокирована на сегодня, — они… кивают друг другу? Словно приветствуют.

Что это за чертовщина? Они что, теперь закадычные друзья?

Несмотря на то, что я совершенно сбита с толку тем, что происходит между этими двумя, у меня есть дела поважнее. Мой взгляд возвращается к Скар и Шейну.

— О чем вы двое думали, черт возьми? Вам же пятнадцать!

— А сколько тебе было, когда вы с Рикки начали трахаться? Шестнадцать? В чем разница? Как ты думаешь, откуда у меня вообще появилась идея пойти в гараж? Я постоянно слышала вас! — кричит она, явно пытаясь поставить меня в столь же неловкое положение.

Серьезно, Скар? Перед Уэстом? Спасибо.

Я игнорирую этот личный выпад и остаюсь сосредоточенной.

— Разница в том, что у меня не было старшей сестры, готовой надрать мне задницу за это! У меня не было никого, кто присматривал бы за мной, советовал бы мне притормозить, а у тебя есть, — напоминаю я. — Так что притормози, Скарлетт!

— Ты считаешь себя такой идеальной, — шипит она, скрещивая руки на груди.

Я даже не удостаиваю это ответом. Она знает, что это ложь. Никто не признает свои недостатки с большей готовностью, чем я.

— Ты дала мне слово, что между вами все кончено, — напоминаю я ей. — Когда наши обещания перестали иметь вес? Что изменилось?

Она глубоко вздыхает и смотрит на Шейна, прежде чем заговорить.

— Что изменилось, что изменилось… Он уезжает, — признается она. — Он сказал мне об этом только сегодня вечером.

Я замечаю, как слегка срывается ее голос, когда она произносит эти слова.

Теперь меня мучает вопрос — не ошиблась ли я? Может, отстраненность Шейна была вызвана вовсе не тем, что он увлекся другой девушкой, когда начал отдаляться от Скар, а тем, что он знал — ему придется скоро уехать. Это мне понятно. Мне в голову пришла та же мысль, когда Вин запугал меня.