Над стенами из натурального камня — широкая черная крыша, и именно тогда я осознаю весь смысл слов Уэста, когда он упомянул, что у его деда более чем достаточно места для всех нас. Судя по всему, это место могло бы функционировать как отель, если бы семья захотела. Вот оно, обширное поместье с галереями на обоих этажах, которые, кажется, полностью огибают здание. Впечатляющие белые колонны украшены зелеными гирляндами и большими красными бантами вдоль перил.

Наш автобус останавливается в начале кольцевой подъездной аллеи, и я глубоко вздыхаю.

— Добро пожаловать в Дюпон-Байю, — объявляет Стерлинг, широко улыбаясь и поднимаясь со своего места. Я подталкиваю Скарлетт коленом, что вызывает у нее легкую улыбку.

Уэст, все еще держа меня за руку, идет к выходу. Он потягивается, пока все остальные вскакивают с мест, и непринужденно смеется над очередной шуткой Дэйна. Я не могу удержаться и смотрю на него, убежденная, что здесь он ведет себя более непринужденно. Честно говоря, все трое так себя ведут. Как будто то, что они не увязают в обычной суете Сайпресс-Пойнта, идет им на пользу.

— Ну, поехали, — вздыхает Джосс.

Если бы я не знала ее, то могла бы поклясться, что она нервничает из-за предстоящего знакомства больше, чем я. Может, потому что втайне она беспокоится и о том, что подумает о ней семья Голденов.

Может, потому что… Дэйн нравится ей больше, чем она когда-либо признается?

Просто теория.

Я приглаживаю руками волосы, собранные в конский хвост, и надеюсь, что под глазами у меня нет темных кругов из-за недостатка сна.

— Перестань волноваться. Ты чертовски горяча, — раздается низкий голос у меня над ухом.

Когда я поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Уэстом, он бессовестно разглядывает меня, даже не пытаясь скрыть этого, когда я ловлю его с поличным.

— Спасибо, извращенец, — бормочу я себе под нос, что Уэст интерпретирует как приглашение пощупать меня за задницу, пока никто не видит.

Конечно, я его не останавливаю.

В отличие от сегодняшней меня, он, как всегда, выглядит сексуально. Ничего нового. На нем стильно выцветшие джинсы с потертыми швами и широкими дырками на каждом колене. Здесь гораздо теплее, чем в Сайпресс-Пойнте, но далеко не жарко. Уэст надел серую толстовку с капюшоном и белые кроссовки, а в ухе у него сверкает бриллиант, такой же, как на его часах.

Наверное, так одеваются богачи.

— Готова? — поворачиваясь, спрашиваю я Скар, и она кивает, выдавливая из себя еще одну улыбку.

Я все еще чувствую себя ужасно из-за того, что она пропускает последнюю неделю, которую могла бы провести с Шейном, но ничего не поделаешь. До вчерашнего вечера я понятия не имела, что он уезжает. Если бы я знала, то, по крайней мере, поговорила бы с Уэстом о том, чтобы вернуться домой раньше, чем мы запланировали.

Скарлетт плетется к тому месту, где водитель выдает наш багаж. Она закидывает свою спортивную сумку на плечо и отходит в сторону. Я вижу, что сестра старается держаться молодцом, но ей трудно. Я понимаю.

Стерлинг, наверное, замечает мою обеспокоенность, ведь когда я ловлю его взгляд, он сразу же подходит к Скар, обнимает ее за плечи и ведет к крыльцу. Какие-то из его слов заставляют ее засмеяться, и вот, все снова в порядке. У тройняшек будто бы есть какой-то специальный навык, врожденное понимание, как быть старшим братом. Пусть до Скарлетт у них такой практики не было. Ей это нужно, особенно сейчас, когда Хантера нет рядом.

Мы поднимаемся по ступенькам со всеми нашими сумками, и я окидываю взглядом весь этот огромный дом, вспоминая слово, которое Дэйн использовал для его обозначения, слово на указателе в конце дороги — «особняк». Он столь же величественен, сколь и пугающ.

Очень.

Я как раз преодолеваю последнюю ступеньку, когда массивные двойные двери распахиваются, и на пороге нас встречает улыбающийся мужчина, которого я идентифицирую как дедушку Уэста. Он выглядит совсем не так, как я ожидала. В основном потому, что я по какой-то дурацкой причине воображала его в образе полковника Сандерса. Вместо этого я вижу человека, который в свое время был очень даже красив. Пусть в нем нет ничего от Уэста или его братьев. Они — точная копия своего отца, но, к счастью, больше ничего от этого придурка не унаследовали.

Мистер Лэндри одного роста с Уэстом, то есть больше шести футов, а его лысина скорее модное решение, нежели результат действий природы. Он хорошо сложен для своего возраста: на нем отлично сидит рубашка на пуговицах, аккуратно заправленная в брюки цвета хаки. Рассматривая его, я замечаю, что седая козлиная бородка — это, пожалуй, единственное, что в нем есть от полковника Сандерса.

— Ну, разве вы трое не загляденье? — произносит он с мягким южным акцентом, растягивая слова. Дэйн уже в объятиях этого гиганта, терпит нечто, похожее на болезненный медвежий захват.