Пальцы Вика еще сильнее впиваются в мою руку, но я бросаю на него взгляд. Золото собирается под руками, застывая лужицей, готовясь…

Внезапно на землю перед нами падает струя мочи.

Оу.

Напряжение мигом меня покидает, а Вик отпускает мою руку. Я морщусь, почуяв запах мочи. Он такой сильный, что у меня слезятся глаза. Если бы стражник сделал еще три шага вперед, то наверняка помочился бы прямо Вику на голову.

Может, это было бы даже забавно.

От этой мысли у меня чуть не вылетает смешок, но я кусаю губу и сдерживаюсь. Наверное, для веселья сейчас не самое подходящее время.

Каменный Меч мочится очень долго. Так долго, что это почти впечатляет. Хотя, если на меня попадет хотя бы капля, это наверняка испортит мне настроение.

Наконец он заканчивает, а я, к своей радости, остаюсь чистой. Я смотрю на его сапоги, пока он застегивает штаны и отворачивается. Стражник возвращается к солдатам, и его фигура снова скрывается за туманом.

У меня вырывается вдох облегчения, и мы с Виком переглядываемся.

Чуть не попались!

Гнилое золото на земле продолжает поджидать, пока я наблюдаю за королевской гвардией. Сила шепотом взывает ко мне, как тихая мелодия, которую слышу лишь я одна.

Мне нравится этот звук. Но я не позволю ему захватить меня, как это произошло в Гейзеле.

Спустя несколько минут мимо нас проходит последний солдат, и все снова стихает. Но Вик пока не дает нам указаний, что можно вставать. Мое тело затекло и сводит судорогой, одежда насквозь промокла, но мы ждем, пока он не издает тихо птичий крик, подав знак, что можно вставать.

Я поднимаюсь и потягиваюсь, пытаясь расслабить напряженные мышцы. Вытираю золото, впитав его в кожу, а потом мы все вместе начинаем пробираться через лес.

Остальные вульмины кивают мне, пропуская нас с Виком вперед. Они держатся на расстоянии. Вообще-то они почти всегда держатся на расстоянии.

И смотрят на меня с тем же восторгом, что и люди в поле. Относятся ко мне с каким-то почтением, которое дает прочувствовать разницу между нами. Похоже, они считают меня еще одним лидером, как и Вика.

Понятия не имею, что чувствовать по этому поводу. Не знаю, как к этому относится сам Вик.

Я поглядываю на него краем глаза, пытаясь понять, волнует ли его то, как смотрят на меня его люди. Пока ничего не заметила, но я еще плохо его знаю, чтобы читать выражение его лица, поэтому и сама держусь настороже.

Потому как обычно единственное, что пугает мужчину, – это мысль, что его заменит женщина.

Нет, я не хочу становиться лидером повстанцев и королевством править не хочу, но, похоже, это не остановит правителей-фейри от попыток меня убить.

Было бы славно, если бы монархи перестали желать мне смерти.

Но на моей стороне самый могущественный король. Когда мы со Слейдом найдем друг друга, он очень разозлится на этого короля Кэррика.

Хотела бы я посмотреть, как Каменный король попытается посоперничать с моим королем Ротом. У Кэррика нет шансов.

Меня переполняет гордость.

Я найду тебя, молча обещаю я.

Плевать, сколько городов мне придется посетить, со сколькими фейри нужно поговорить – я выясню, как вернуться к Слейду.

Чтобы чем-то себя занять, я выпускаю свою магию, и она обвивается вокруг запястий. Я управляю ручейками, заставляя их оплести мою руку. Эти движения занимают меня, помогают сосредоточиться.

Прошла неделя с происшествий в Гейзеле, неделя с тех пор, как убили Ненет. И за весь этот бесконечный путь я пыталась разобраться не только в Эннвине, Вульмине или Вике, но и с самой собой.

И делала то, что наказала мне Ненет.

Я слушаю.

Слушаю Вульмин днем и ночью, собирая любую информацию. Я как будто пробираюсь на ощупь в темном доме, потому что все вокруг мне незнакомо. Потому стараюсь запомнить каждый подслушанный разговор, новое место, которое мы минуем, и стараюсь познать Эннвин и Вульмин.

А если не слушаю их, то слушаю себя.

Когда мне представляется возможность побыть одной, я пользуюсь своей магией. Слушаю новый манящий зов, который вкрадчиво доносится из гнили. Я поняла: дело не в том, что моя магия тяготеет к разрушению. Если уж я смогла обрести контроль над своей прежней магией, то и над этой смогу. Я часто тренируюсь выпускать и обратно поглощать золото. В Гейзеле я снова усвоила один урок – либо я повелеваю своей силой, либо она повелевает мной.

А я больше не позволю никому и ничему мной повелевать.

Я не совсем понимаю, как же так вышло, что моя магия объединилась с магией Слейда, но подозреваю, это как-то связано с той гнилью, которая осталась во мне. Эта сила убийственная и безрассудная, и я должна держать ее в узде. Обе магии как-то слились воедино, и гниль появляется всякий раз, когда я призываю свою силу. Они переплетены, словно мое золото и его гниль стали единым целым.

Мне нравится, что даже в разлуке со мной остается его частичка. Приятно ощущать, как его магия сплетается с моей, будто напоминая, что нас ни за что не разлучить.