– Я не обсуждаю планы с новыми членами Вульмина, – спокойно говорит он, словно это я веду себя безрассудно. – И не могу поделиться с тобой информацией. Тем более после твоего первого отказа примкнуть к нам.

Я прищуриваюсь.

– Выходит, из-за того, что я не ухватилась за возможность примкнуть к Вульмину, ты теперь ведешь себя как осел?

От гнева на его щеках появляется румянец.

– Ты должна заслужить мое доверие. Как и все, кто к нам присоединился.

– Доверие должно быть взаимным. И если еще хоть раз воспользуешься мной без моего ведома, пожалеешь.

Он пристально смотрит на меня.

– Забавно. Прозвучало как угроза.

– О, прекрасно. Значит, проблем со слухом у тебя нет.

Напряжение между нами становится ощутимее, оно сплетается так же густо, как и его волосы. Я скрещиваю руки, вонзив ногти в кожу, и смотрю на него.

Вик расстроенно вздыхает, а в его глазах отражается пламя от фонарей, установленных на дорожке.

– Может, ты и Льяри, но я возглавляю Вульмин и должен действовать в их интересах. А сейчас я просто знаю, что пора нанести удар. Ты здесь неспроста, и все это поймут. Когда разлетятся слухи о твоем возвращении – а они уже разлетаются, – я наконец смогу всех сплотить. Мы не тайно, а открыто выступим против монархии.

В каждой черточке его лица я вижу, как пылко он верит в свои же слова.

– Я уважаю твое лидерство. Но не уважаю, когда меня используют, не посоветовавшись со мной. Я не средство для достижения цели, Вик. Я не буду стоять рядом и поражать всех своей золотой внешностью, чтобы все члены Вульмина выстроились за тобой. Если тебе нужна моя помощь, просто попроси, черт подери.

После шокирующих событий в Гейзеле я хочу помочь его делу, но не так. А еще я не глупа и прекрасно понимаю, что лучше продолжать путь с ним, пока ищу в Эннвине Слейда. Я не хочу странствовать в одиночку, но сделаю это, если придется.

Мы не сводим взглядов друг с друга, и эта битва характеров становится безмолвной стычкой.

– Просто прояви уважение и обсуждай со мной то, что касается непосредственно меня. Это все, о чем я прошу. Я тебе не враг, Вик.

Похоже, мои слова его обезоруживают, и он наконец перестает грозно на меня смотреть.

– Я знаю, что ты мне не враг.

– Тогда веди себя соответствующе.

Он выдыхает, и морщинка на его лбу разглаживается.

– Ты права. Извини, Аурен.

Его извинение застает врасплох, и я опускаю руки, переминаясь с ноги на ногу.

Он устало вздыхает и проводит рукой по волосам.

– Хочешь узнать план?

– Да.

– Согласно плану, мы должны показаться во всех домах, где заседает Вульмин. Избегать городов, где численное преимущество за Каменными Мечами, пока нас не станет столько, что разница больше не будет иметь значения. Мы должны собрать как можно больше наших людей, пока не доберемся до Лидии – это столица королевства. А потом бросим вызов Каменному королю, – рассказывает Вик, и его взгляд горит решимостью. – Мы покажем Кэррикам, чтобы больше не поддерживаем их режим. Что мы возвращаем Эннвин себе.

Он говорит о полноценной войне. Поход на столицу – дело серьезное.

Вик выжидающе смотрит мне в глаза, но я не раскрываю рта. Откуда-то из леса доносится тихий щебет, хотя в голове у меня звучит эхо его надежд.

Я продолжаю молчать, и плечи Вика немного поникают. Я вижу, как он успокаивается, позволяя мне увидеть не просто лидера, а человека. Дает мне представление о том, кем он является за своим решительным характером, и позволяет увидеть уязвимость и отчаяние.

Его тон становится тише, а глаза горят пылкой искренностью.

– Они убивают нас. Сторонников Терли, ореанцев и фейри, которые осмеливаются пойти против них. При первом проявлении магии наших детей отбирают у родителей и заставляют трудиться на благо монархии. Несогласных они морят голодом и облагают непомерными налогами. Наступают нам на горло, лишая воздуха. С каждым годом умирает все больше фейри и ореанцев. А еще умирает наша земля и магия. Мы обязаны что-то предпринять, – говорит он, и в его голосе звучат настойчивость и скорбь. – Мы обязаны противостоять этому. И кто покажет всем, как вознестись, если не птица со сломленными крыльями? Кто напомнит им, что тьма не может остановить рассвет, если не Льяри Ульвере? – Он не сводит с меня глаз. – Нам нужна твоя помощь, Аурен. Это можешь быть только ты.

Его слова наваливаются на меня, как кирпичи обрушившейся стены, и каждый кирпичик накладывается на мое разочарование и неуверенность, пока не падает под тяжестью его мольбы.

Я делаю глубокий вдох, и гнев во мне рассыпается, как камешки.

– Хорошо, я помогу вам. Потому как знаю, каково это – жить под гнетом властного, деспотичного правителя, – начинаю я. – Но я кое-кого ищу, и он – мой приоритет. Не могу обещать, что останусь тут навсегда. Не могу даже обещать, что буду рядом с тобой, когда ты доберешься до Лидии. Но я помогу тебе в попытке объединить вульминов. Это мне по силам.

Вик вздыхает, и в его глазах появляется удивление и разгоревшаяся с новой силой вера в успех.

– Хорошо.