"Так что перестань делать большие движения, которые разоблачают тебя". Он проводит кончиком кинжала по своему боку. "Удар в ребро сработал бы просто отлично". Затем он проводит нашими руками по своей спине, делая себя уязвимым. "Почки тоже хорошо подходят под этим углом".

Я сглатываю, отказываясь думать о других вещах, которые хорошо подходят под этим углом.

Он ведет наши руки к своей талии, его взгляд не покидает меня. "Есть шанс, что если твой противник в доспехах, то они слабые здесь. Это три легких места, куда ты могла бы нанести удар, прежде чем твой противник успел бы остановить тебя".

Это также смертельные раны, и я избегала их любой ценой.

"Ты слышишь меня?"

Я киваю.

"Хорошо. Потому что ты не сможешь отравить каждого врага, который тебе попадется", — шепчет он, и я осекаюсь. "У тебя не будет времени предложить чай какому-нибудь грифону из Браеви, когда они набросятся на тебя".

"Откуда ты знаешь?" наконец спрашиваю я. Мои мышцы напрягаются, включая бедра, которые, как оказалось, все еще сжимают его бедра.

Его глаза темнеют. "О, Насилие, ты хороша, но я знал лучших мастеров яда. Фокус в том, чтобы не делать это так явно".

Мои губы раздвигаются, и я сдерживаюсь, чтобы не ответить, что я старалась не быть очевидной.

"Думаю, на сегодня с нее достаточно", — рявкает Даин, напоминая мне, что мы далеко не одни. Нет, мы — чертово зрелище.

"Он всегда такой чрезмерно заботливый?" ворчит Ксаден, приподнимаясь с мата на несколько дюймов.

"Он заботится обо мне". Я смотрю на него.

"Он сдерживает тебя. Не волнуйся. Твой маленький секрет отравления в безопасности со мной". Ксаден вскидывает бровь, как бы напоминая мне, что я тоже являюсь хранителем одного из его секретов. Затем он возвращает наши руки к моим ребрам и засовывает рубиновый клинок обратно в ножны.

Это движение нервирует… возбуждает.

"Ты не собираешься меня разоружить?" спрашиваю я, когда он ослабляет хватку и приподнимается, убирая свой вес с моего тела. Мои ребра расширяются, когда я делаю первый полный вдох.

"Нет. Беззащитные женщины никогда не были в моем вкусе. На сегодня мы закончили". Он встает и уходит, не говоря ни слова, забирая свое оружие у Имоджен, а я опускаюсь на колени. Каждая часть моего тела болит, но мне удается стоять.

В глазах Даина читается облегчение, когда я подхожу к нему, чтобы забрать кинжалы, которые забрал у меня Ксаден. "Ты в порядке?"

Я киваю, мои пальцы дрожат, когда я перевооружаюсь. У него были все шансы и все причины убить меня, а теперь он дважды позволил мне уйти. Что за игру он затеял?

"Аэтос", — зовет Ксаден с другого конца мата.

Даин вскидывает голову, и его челюсть смыкается.

"Ей не помешало бы поменьше защиты и побольше обучения". Ксаден смотрит на Даина, пока тот не кивает.

Профессор Эметтерио объявляет следующий вызов.

…

"Я просто удивлен, что он оставил тебя в живых", — говорит Даин позже той ночью в своей комнате, когда его большие пальцы впиваются в мышцу между моей шеей и плечом.

Это так восхитительно больно, что боль стоила того, чтобы пробраться сюда.

"Вряд ли он будет вызывать уважение, свернув мне шею на коврике". Его одеяла мягко прижимаются к моему животу и груди, когда я лежу на его кровати, обнаженная от пояса до талии, за исключением стягивающего пояса вокруг груди и ребер. "Кроме того, это не его путь".

Руки Даина приостановились на моей коже. "Потому что ты знаешь, что такое его путь?"

От чувства вины за то, что я хранила секрет Ксадена, у меня сводит живот. "Он сказал мне, что не видит причин убивать меня самому, когда это сделает парапет", — правдиво отвечаю я. "И давайте посмотрим правде в глаза, у него было много шансов убрать меня, если бы он действительно захотел".

"Хм." хмыкает Даин в своем задумчивом тоне, продолжая разминать мои затекшие и ноющие мышцы, откинувшись на край кровати. Рианнон сверлила меня еще два часа после ужина, и к концу я была едва в состоянии двигаться.

Похоже, я была не единственной, кого Ксаден напугал сегодня днем.

"Как ты думаешь, он мог замышлять заговор против Наварры и все еще иметь связанного Сгаэйла?" спрашиваю я, прижимаясь щекой к его одеялу.

"Сначала думал". Его руки движутся вниз по моему позвоночнику, сжимая узлы, из-за которых я почти не могла поднять руки в последние полчаса сегодняшней тренировки. "Но потом я связал Кэт и понял, что драконы готовы на все, чтобы защитить Долину и свои священные места вылупления. Ни один дракон не стал бы связывать Риорсона или любого из сепаратистов, если бы они не были честны в защите Наварры".

"Но разве дракон мог бы понять, что ты лжешь?" Я поворачиваю голову, чтобы видеть его лицо.