Профессор хватает голову Иеремии обеими руками, и трещина эхом отражается от стен безмолвного двора. Тени Ксадена исчезают, и Иеремия падает на землю, его голова находится под неестественным, чудовищным углом. Его шея сломана.

Профессор наклоняется и с удивительной силой поднимает тело Иеремии, неся его в ротонду.

Ксаден резко вдыхает рядом со мной, затем уходит вместе с Гарриком, направляясь в академическое крыло. Я тоже рада тебя видеть.

"Может быть, мне все-таки не нужна сила печатки", — пробормотал Ридок.

"Эта смерть милосердна по сравнению с тем, что случится, если ты не проявишь ее", — говорит Даин, и, клянусь, я начинаю чувствовать, как мои реликвии горят у меня на спине, хотя мои драконы еще не начали действовать.

"А это, — говорит Сойер со стороны Рианнон, — был профессор Карр".

…

"Ты всегда должна проверять свои источники", — говорит мне папа, взъерошивая мои волосы, когда он стоит рядом со мной за столом в архиве. "Помни, что сведения из первых рук всегда более точны, но ты должна смотреть глубже, Вайолет. Ты должна увидеть, кто рассказывает эту историю".

"Но что, если я хочу стать всадником?" спрашиваю я голосом гораздо более юной версии меня. "Как Бреннан и мама?".

"ПРОСНИСЬ". Знакомый, всепоглощающий голос проносится по Архивам. Голос, которому здесь не место.

"Ты не такая, как они, Вайолет. Это не твой путь". Папа дарит мне извиняющуюся улыбку, обычную, которая говорит, что он сочувствует, но ничего не может сделать, такую, какую он дарит мне, когда мама делает выбор, с которым он не согласен. "И это к лучшему. Твоя мама так и не поняла, что, хотя всадники могут быть оружием нашего королевства, именно писцы обладают всей реальной властью в этом мире".

"Проснись, пока не умерла!" Книжные полки в архиве дрожат, и мое сердце замирает. "Сейчас же!"

Мои глаза распахиваются, и я задыхаюсь, когда сон распадается на части. Я не в Архиве. Я в своей комнате…

"Шевелись!" кричит Таирн.

"Черт! Она проснулась!" Лунный свет отражается от меча, рассекающего воздух надо мной.

О. Черт. Я перекатываюсь к противоположной стороне кровати, но недостаточно быстро, и клинок врезается в бок моей спины с силой, которую не могут рассеять даже мои толстые зимние одеяла.

Адреналин маскирует боль, когда меч отскакивает, не в силах рассечь драконью чешую.

Мои колени врезаются в деревянный пол, и я засовываю руки под подушку, доставая два кинжала, выпутываясь из одеяла и поднимаясь на ноги. Как, черт возьми, они смогли отпереть мою дверь?

Смахнув с лица распущенные волосы, я встречаюсь с широкими, шокированными глазами не связанного первокурсника, и он не единственный. В моей комнате семь курсантов. Четверо — не связанные мужчины. Трое — не связанные женщины… Я задыхаюсь от узнавания — так и есть, две, когда она бежит к двери и захлопывает ее на выходе.

Она открыла дверь. Другого объяснения нет.

Остальные все вооружены. Все полны решимости убить меня. Все стоят между мной и незапертой дверью. Мои руки сжимают рукояти кинжалов, а сердцебиение учащается. "Полагаю, мне не очень-то поможет, если я попрошу вас уйти по-хорошему?"

Мне придется драться, чтобы выбраться отсюда.

"Отойди от стены! Не позволяй им заманить тебя в ловушку!"

Хорошая мысль. Но в этой крошечной комнатке не так уж много мест, куда можно уйти.

"Проклятье! Я же говорил тебе, что ее броня непробиваема!" шипит Орен с другой стороны комнаты, перекрывая мне выход. Чертов мудак.

"Я должна была убить тебя во время молотьбы", — признаю я. Моя дверь закрыта, но наверняка кто-то услышит, если я…

Женщина бросается на меня, карабкаясь по кровати, и я уклоняюсь, скользя по ледяному стеклу окна. Окно!

"Оно слишком высоко. Вы упадете в овраг, а я не смогу добраться туда достаточно быстро!"

Окна нет. Есть. Другая женщина бросает свой нож, разрывая ткань рукава моей ночной рубашки, когда он попадает в шкаф, но она не задела плоть. Я кручусь, оставляя рукав позади, когда он рвется, и бросаю кинжал, огибая край кровати. Он попадает ей в плечо, мою любимую цель, и она падает с криком, зажимая рану.

Остальное мое оружие хранится возле двери. Черт. Дерьмо. Дерьмо.

"Больше никаких метаний. Держи это оружие!"

Для человека, который не может помочь, Таирн без проблем высказывает свое мнение.

"Ты должен схватить ее за горло!" кричит Орен. "Я сделаю это сам!"

Я перевожу свой клинок в правую руку и отбиваю одну атаку слева, режущую ее по предплечью, а затем другую справа, вонзающуюся в бедро мужчины. Я отбиваю удар пяткой и ловлю другого в брюхо, когда он нападает, посылая его обратно на мою кровать, его меч падает за ним.