Отрежьте мне яйца и измельчите их в блендере, если эта речь просочится.

Последнюю фразу написал я. И, к сожалению, она не входила в планы на сегодняшний вечер, поскольку я не хотел стать следующей сенсацией в YouTube. Название: Публичный провал нью-йоркского врача: доктор умоляет собравшихся в зале гинекологов потрогать его гениталии.

Уолтер похлопал меня по плечу, когда я пришел. Он прилип к своему креслу, как будто ожидал, что я не приду. Я высидел мучительный ужин, поговорил с коллегами, имен которых не запомнил, и произнес речь Сильвии, не испытав рвоты от ее посредственности. На этом подиуме я чувствовал себя Терри. Использовал алкоголь в качестве костыля. Ходил пьяным на публике. Являл собой все, чем клялся не быть.

Как только я спрыгнул со сцены, лучшие гинекологи страны передали меня по залу, как поднос с закусками, которые никому не были нужны.

– Эй, чувак, я прочитал твой профиль в «Американском акушерстве». Это правда, что твой отец – Терри Маркетти?

Нет. Донор спермы. Мало чем отличается от тех, что получают наши пациентки после ЭКО, только они получают сперму от мужчин, которые не являются кусками дерьма.

– Я слышал, твоей мамой была Кристи Боумен. Хотел бы я это знать, пока мы учились в Гарварде, братан. В детстве у меня на стенах висел ее постер из «Плейбоя».

Первое – нет. Это мама моего брата. Терренс всех обманывает. Если бы у него действительно были деньги, которые он мог бы раздать, я бы, вероятно, оказался в переполненном зале во время слушания завещания. И второе – зачем ты мне это говоришь?

– Рад снова с тобой увидеться, чувак. Столько лет минуло, да? Слышал о твоем брате. Соболезную твоей утрате.

Если бы ты действительно соболезновал, то пришел бы на похороны. Четыре года назад. И посетителей стало бы целых семь.

Как всегда, упоминание о смерти Кела испортило мне настроение. Я рано ушел с конференции. Проигнорировал Уолтера, когда он написал мне сообщение, спрашивая, куда я делся. В последнее время я не мог думать о Келлане, не думая о девушке, которую он любил. Было легко себя ненавидеть. За то, что был лицемером. За то, что был похож на отца. За то, что хотел Чарли. И вот так я оказался в другой забегаловке после выступления. Эта хуже предыдущей. Грязные столы. Алкоголь с отклеившимися этикетками. Густая влажность из-за сломанного кондиционера.

Я напивался и делал это нарочно, зная, что становлюсь таким же, как мой никчемный отец, и ненавидя себя за это до чертиков.

Бармен положил руку мне на плечо, как только я встал.

– Тебя шатает даже сидя. Я не позволю тебе уйти вот так.

Я не ответил из-за того, что каким-то образом очутился на лодке, и это чертовски меня потрясло.

– Тебе есть кому позвонить? – добавил он, протягивая руку за моим телефоном. Думаю, даже в этом месте была мораль. По крайней мере, больше морали, чем у меня. – Или я могу вызвать тебе такси.

– Чарли, – пробормотал я. – Позвони Чарли.

Он вырвал мой палец из мертвой хватки на грязной барной стойке и с его помощью разблокировал мой телефон, заговорив в него через мгновение.

– Это Чарли?.. Нет, это Люк. Я бармен… Твой друг здесь, со мной. Он надрался. Сказал мне позвонить Чарли, чтобы тот приехал за ним. Ты единственный человек с таким именем в его телефоне. На самом деле ты – один из двух контактов у него в телефоне. Не самый популярный парень, да?.. Мы в офисе… Нет, в «Офисе»… Нет, бар называется «Офис»… Все в порядке. Увидимся, Чарльз.

Он уронил устройство обратно мне на ладонь, и я не помнил, когда он его взял. Моя голова упала на стойку бара. Липко. Чертовски липко. Я вдохнул запах выпивки и арахиса, задаваясь вопросом, что тут происходит, когда сюда заходит человек с аллергией на орехи. Казалось, что вот-вот грядет судебный процесс.

По моему плечу прошлись кончики пальцев. Поцарапали его. Затем ущипнули, когда я не сдвинулся с места. Я простонал проклятие, заморгав напротив барной стойки. Когда я успел заснуть? Я поднял голову. Повернулся к обладателю пальцев.

Чарли.

Я моргнул, пытаясь понять, не показалось ли мне. Иногда так бывало. Я представлял Чарли рядом, когда ее не было. Особенно выглядевшей так, как она выглядела сейчас. Такая красивая, что не могла быть настоящей. Почему она здесь? Ни к чему, чтобы она прыгала надо мной. Или увидела, что я веду себя как Терри.

– О, Тейт, – она вздохнула, и да, она была здесь.

Чарли действительно пришла. Так вот каково это – иметь того, на кого можно положиться. Мне потребовалось некоторое время, чтобы распознать это чувство как счастье, потому что я провел последние четыре года или около того, лишенный этого ощущения.

– Чарли.

Она протянула руку. Ее костяшки пальцев прошлись по моей щеке.

– Давайте отвезем вас домой, доктор Маркетти.

– Он доктор? – вмешался бармен. – Не хотелось, чтобы он был моим врачом.