– Я сказала, что уже слишком поздно. Теперь мне интересно. И сотри это виноватое выражение с лица. Я проведу тесты во время перерывов, чтобы тебе не казалось, что ты влезла без очереди.

Я поморщила нос.

– Но тогда получится, что я краду твои перерывы…

– Эли, – сказала она, схватив меня за запястье свободной рукой. – Иногда можно побыть немножко эгоисткой. Ты же об этом знаешь?

– Да? – отозвалась я, стараясь не ежиться под ее взглядом.

Она потрясла меня за руку.

– Еще раз, и больше уверенности.

– Да, – повторила я. Но это по-прежнему звучало скорее как вопрос, чем утверждение.

Верн отпустила меня и тяжело вздохнула.

– Ох уж эти сестры из травматологии и их кровоточащие сердца. – Она отвернулась, чтобы нажать кнопку на какой-то машинке, и я уже подумывала умыкнуть свои пакетики и убежать, но тут она резко развернулась и буквально поймала меня за руку. Ее скептический взгляд говорил сам за себя. – Так, всё. Выметайся.

Я неловко попятилась в сторону двери.

– Спасибо.

– Ага, ага. Я дам тебе знать, когда будут готовы результаты, – сказала она, отмахиваясь от меня.

Из лаборатории я вышла слегка поникшей и более чем слегка пристыженной. Да, мне нужны были результаты, но я не хотела отнимать время у Верн. Я знала, насколько священны были перерывы при переработках, а персонала в лаборатории не хватало так же, как и медсестер.

Когда я спускалась обратно, у меня в кармане тренькнул телефон. Я не глядя поняла, что это Джош, но мне не хотелось читать его сообщение при людях, ведь там могло быть что-то слишком возмутительное. Этот мужчина умел довести меня до того, что у меня изо рта потоком вырывались ругательства, а я не хотела оскорбить слух окружающих.

Я достала телефон из кармана, как только оказалась в стенах комнаты отдыха. Да. Это был Джош.

«По шкале от 1 до 10, насколько ты злишься по поводу трекера? – спрашивал он. – Один – тебе нужен денек или два, чтобы остыть, десять – нам пора собирать документы о раздельной опеке над Фредом».

И вот, я опять улыбалась. Я не понимала, как он каждый раз делал это со мной: сначала доводил меня до белого каления, а в следующую секунду уже заставлял лопаться от смеха. Я никогда не встречала никого похожего на него, и поэтому его личность притягивала еще сильнее. Требовалось совсем немного воображения, чтобы представить нашу совместную жизнь: как я буду приходить с ужасной смены, а он – умудряться мгновенно превращать мои слезы в смех.

«Я на тройке, – написала я. – Это значит, что мне нужно несколько дней, чтобы собрать мозги в кучу и придумать новый план атаки».

Ложь. На самом деле мне нужно было выбить из себя те чувства, которые я начинала испытывать к этому мужчине. Горячая интрижка? Без проблем. Это было можно. Но ожидать большего от мужчины, который: а) вломился ко мне в дом, б) взломал мою машину и в) активно следил за мной, было уже верхом глупости.

Только я не чувствовала себя идиоткой. Я чувствовала себя… Правой. У него было бесчисленное количество возможностей навредить мне, но он этого не сделал. Пока что ему удалось только сделать мою жизнь лучше. Еда, расчистка дорожек, транспортировка до дома, когда я была слишком уставшей после работы, домашняя система безопасности, лучшие оргазмы в жизни. Конечно, иногда он заставлял меня на стену лезть и совершенно не умел готовить – бекон в середине остался сырой, а яйца я перестала есть после третьего попавшегося мне осколка скорлупы. Но никто не идеален.

Я боялась, что я слишком быстро и слишком сильно к нему привязываюсь. Прошло всего несколько дней с его первого проникновения, но с тех пор я каждую минуту либо одержимо мечтала о нем, либо находилась рядом с ним. Если судить по степени моего разочарования, когда я накануне вечером вернулась домой и его не обнаружила, этот мужчина был явно способен разбить мне сердце. Я винила в этом все те часы, что провела за просмотром его видео. От этого возникало ощущение, что он был частью моей жизни гораздо дольше, чем на самом деле; что мы состояли в странных односторонних сексуальных отношениях еще с прошлого Хеллоуина.

Теперь я понимала главных героинь спортивных любовных романов, которые читала. Неудивительно, что они говорили: «Я люблю тебя» уже к середине текста – обычно они бывали влюблены в своих знаменитых партнеров месяцами, а иногда и годами, прежде чем у них случалась первая невероятная романтическая встреча.

Я фыркнула, вспомнив нашу собственную не сильно романтическую первую встречу, и не смогла не представить, как кто-нибудь много лет спустя спрашивает нас о нашем знакомстве. Не думаю, что фраза: «Он взломал мою машину в три часа ночи и поджидал меня с ножом и пистолетом» была именно тем, что люди рассчитывают услышать. Даже если добавить детали с подогревом сиденья и снеками.

На мой телефон пришло новое уведомление, я посмотрела на экран и увидела очередное сообщение:

«Извини, если перегнул палку, – писал он. – И с ‘LOL’, и до этого».