— Ну, думаю, я смогу встретиться с ним в Инвернессе…

— Он будет на похоронах.

— Инвестор или Донал?

— Оба.

Она кивнула.

— Отлично. Я дам ему знать…

— Я могу это сделать, — сказал я и встал. — Не буду отрывать тебя от просмотра клипов.

Это не было траханием друг друга у стены, но это дало мне еще немного времени.

Наши Дни

Бренна

День похорон выдался унылым. Проливной дождь и свирепый ветер превращали пребывание снаружи в сплошное страдание. Мы были одеты в черное и склонили головы, но мне было интересно, будет ли кто-нибудь, стоящий у этой могилы, на самом деле оплакивать этого человека.

Только не я. Или моя мать, которая делала вид, что вытирает глаза. Или Эрик, который шел по проходу церкви с наглой развязностью.

Гуннар казался уравновешенным и вел себя стоически. Серьезно. Даже по-королевски. Принца-злодея нигде не было видно. Он взял мою мать под руку и пошел рядом со мной, как лидер.

Король.

Как тот человек, которого, как мне казалось, я знала. И я почувствовала, как вся моя защита дрогнула.

— С тобой все в порядке? — спросил он у могилы,и я моргнула. В волосах у него были капли дождя. Они бисером блестели на черном кашемировом пальто. Я стряхнула их рукой в перчатке.

— Я в порядке. А ты?

Гуннар взглянул на гроб. Дыру в земле. Толпы людей позади нас.

— Отлично, — сказал Гуннар. Но он лгал.

Похороны показывали по телевидению. Погребения не было, но все присутствовавшие на похоронах отправились на кладбище на вершине холма, чтобы увидеть, как Фредерика похоронят. Затем мы вернулись в замок на частный обед.

Я ожидала, что появится фляжка с аквавитом. Но Гуннар оставался трезв. Он шепотом переговорил с дядей, который в конце разговора выбежал, унося с собой большую часть напряжения в комнате.

Все, казалось, вздохнули с облегчением, когда он ушел.

Все, кроме Гуннара, который стоял у камина в тронном зале. Его спина, высокая и широкая, была обращена к комнате.

Глупо было идти туда и разговаривать с ним. Я знала это, и мне удавалось довольно долго сопротивляться этому порыву.

У двери я увидела Донала, который натягивал пальто.

— Донал! — сказала я с улыбкой, потому что мне всегда нравилось его видеть. Это был мужчина невысокого роста в очках с толстыми стеклами, весь покрытый веснушками. Он был слишком умен и слишком добр, чтобы его можно было не любить.

— Привет, Бренна, — сказал он и поцеловал меня в щеку.

— Мне жаль, что у меня не было возможности поговорить с вами раньше, — проговорила я.

— Понятно. Это был напряженный день.

— Инвестор здесь? — спросила я, оглядывая то, что осталось от толпы, как будто я могла определить его или ее в толпе.

— Ну… нет, — сказал Донал, оборачивая шарф вокруг его шеи.

— У него были проблемы с поездкой? — спросила я. — Будет здесь завтра? Я могу встретиться с ним…

— Он будет здесь завтра, — сказал Донал. — Он с нетерпением ждет встречи с вами.

— Все это кажется немного странным, не так ли? Я больше ни за что не отвечаю.

Донал улыбнулся мне, огонь отражался в его очках.

— Это лишь вопрос времени, когда вы займетесь чем-нибудь еще. В этом я не сомневаюсь. И если вы ищете работу, группа компаний Макдональда всегда может нанять человека с вашими талантами.

— Спасибо, Донал. Я могла бы принять ваше предложение.

— Мне бы очень этого хотелось.

Он сжал мою руку и вышел из тронного зала.

Вскоре после ссоры между Гуннаром и Эриком мать поднялась к себе. Члены Совета тоже поредели. Гуннар все еще был там, стоял у камина. Я наблюдала, как несколько членов Совета подошли к нему и попрощались. Смотрела на него, он казался таким… одиноким. Улыбающийся и пожимающий руки, но заключенный в печаль и сдержанность, которых я никогда не ожидала от него.

Я уезжаю завтра, после встречи с Доналом и инвестором.

Это была моя последняя ночь во дворце.

Моя последняя ночь с Гуннаром.

— Привет, — сказала я, подходя к нему вплотную. На секунду я подумала, не собрать ли ему тарелку с едой. Копченый лосось был восхитителен, и крабовые лепешки тоже. И то и другое он любил. Но я не была его матерью. Или любовницей. И не разносила мужчинам еду.

На его лице мелькнула улыбка.

— Бренна. — Вот и все. Только мое имя.

— Ты в порядке?

Он кивнул.

— Почему мне кажется, что ты лжешь?

Его серые глаза скользнули по мне, слегка расширяясь, словно от удивления. Гуннар оглядел комнату, потом снова посмотрел на меня.