— Я рада, что Алексей навещает тебя. Я волновалась, что ты совсем один на горе.

— Ты поэтому принесла цветы? — спрашивает он, его глаза нежно скользят по моему лицу.

— Да, я просто хотела, чтобы ты знал, что я думала о тебе.

Карсон берет меня за подбородок и, наклонившись вперед, целует в губы. Когда он отстраняется на дюйм, его глаза встречаются с моими. Его голос становится низким, когда он спрашивает:

— Как часто ты думала обо мне?

— Намного больше, чем должна была, — я морщу нос, затем говорю ему правду, — Все время.

Он заглядывает мне в глаза и, не найдя ответа, спрашивает:

— Что ты чувствуешь ко мне?

Я пристально смотрю на него мгновение, затем снова говорю правду.

— Думаю, я влюбилась в тебя где-то между твоим вторым посещением бара и той ночью, когда ты попрощался, — я не хочу, чтобы он чувствовал себя плохо, но мне нужно поговорить об этом, — Мне было больно, когда ты вот так просто ушел. Я не чувствую, что это было справедливо. Мы могли бы все обсудить.

Карсон притягивает меня к своей груди и кладет мою голову себе под подбородок. Крепко обнимая меня, он говорит:

— Мне жаль. Это больше не повторится.

Я обнимаю его за талию и наслаждаюсь тем, что нахожусь так близко к нему.

— Ты же не встанешь и не бросишь меня, когда мы поссоримся?

Он целует мои волосы.

— Не брошу.

— Ты прощен, — я прижимаюсь к его груди, — И я могу привыкнуть к этому.

— К моим объятиям? — когда я киваю, он бормочет, — Хорошо.

Глава 10

КАРСОН

— Они разбросаны по Европе, как гребаные тараканы, — ворчит Алексей.

— Что означает много поездок, — говорит Демитрий, составляя список целей.

Я просматриваю фотографии албанцев, которые собрал Демитрий, и узнаю двух мужчин из клуба. Двоюродные братья Рудая.

Я указываю на одного.

— Этот парень. Эдмир. Он обучен.

— Ты сражался с ним? — Демитрий спрашивает.

Я качаю головой.

— Хейли была там, — я перевожу взгляд с Алексея на Демитрия, — Но по тому, как он двигался, ясно, что он тренировался.

— Я разберусь с ним, — говорит Демитрий.

Взгляд Алексея падает на жетон, висящий на цепочке у меня на шее.

— Давай проверим.

Бросив взгляд вниз, я беру жетон и нажимаю на маленькую кнопку сзади. Мгновенно телефон Алексея подает сигнал тревоги.

Я жду, пока он выключит его, затем говорю:

— Теперь твой.

Он проверяет свою кнопку, и сигнал поступает на мой телефон, тогда я говорю:

— Я думаю о том, чтобы сделать такую для Хейли.

— Это хорошая идея, — соглашается Демитрий, — Я позабочусь об этом.

Когда Демитрий ушел сделать звонок, Алексей говорит:

— Ты действительно заботишься об этой девушке?

Больше нет смысла это отрицать.

— Да.

— Приведи ее, — я замираю на мгновение, — Я хочу встретиться с ней.

— Ты не думаешь, что еще слишком рано? — спрашиваю я, не уверенный, как Хейли отнесется к встрече с моим братом.

— Мы будем есть вместе. Я хочу увидеть, достойна ли она моего брата.

Я киваю, зная, что как только Алексей принял решение о чем-то, его уже не изменить.

— Сейчас, — приказывает он.

— Если она дома, — бормочу я. Покидая оружейную, я направляюсь к выходу из дома.

Пока мы идем к домику Хейли, мои мысли возвращаются к вечеру среды. Я ушел от нее только вчера днем. Мы разговаривали и целовались всю ночь и утро, и это похоже на сон.

От которого я могу проснуться в любой момент.

Когда я подхожу к хижине, все выглядит тихо, и я начинаю сомневаться, дома ли она. Посмотрев на время, я вижу, что только что перевалило за десять утра. Я подхожу к входной двери и стучу. Оглядев окрестности, я жду пару секунд, прежде чем снова постучать.

— Я иду, — зовет Хейли.

Я делаю шаг назад от двери и засовываю руки в карманы пальто. Проходит еще пара секунд, прежде чем она открывает мне.

Я встречаюсь с Хейли, подглядывающей за мной из-за двери.

— Эй, можешь подождать минутку? Я одеваюсь.

Моя бровь приподнимается, и, положив руку на дверь, я толкаю ее, пока она больше не оказывается у меня на пути. На ней только футболка и трусики, и это зрелище мгновенно возбуждает меня.

Заходя внутрь, я закрываю дверь, и затем мои глаза охватывают каждый дюйм ее тела.

— Мне нравится, что на тебе сейчас надето.

— Да? — ресницы Хейли трепещут, и соблазнительная улыбка появляется на ее полных губах.

Я подхожу ближе, пока наши тела не оказываются всего в дюйме друг от друга. Хейли откидывает голову назад, желание затмевает ее глаза, превращая их в бурные озера.

Я кладу руку ей на бедро и медленно двигаю ее вверх, под футболку. Когда я добираюсь до выпуклости ее груди, мой большой палец скользит по покрывающему ее кружеву.

— Ты нарываешься на неприятности, — бормочу я.

Она кивает и поднимает руки, обвивая ими мою шею.

— О, определенно.