— Это приятно слышать, — она приподнимается на цыпочки и прижимается своим ртом к моему. Когда она снова отстраняется, она спрашивает, — Я ни хрена не умею готовить. Научи меня готовить бефстроганов.

Я опускаю руки на ее бедра и, подняв ее, сажаю на каменную стойку посреди кухни.

Я беру ингредиенты из холодильника и шкафов. Пока я промываю грибы, я продолжаю поглядывать на Хейли.

Я кладу разделочную доску рядом с ней, и после каждого гриба, который нарезаю тонкими ломтиками, она целует меня в подбородок.

Когда я режу последний, она наклоняется и шепчет мне на ухо:

— Странно, что меня возбуждает смотреть, как ты управляешься с ножом.

Она еще не видела, как я обращаюсь с ножом.

Я издаю смешок и, вытирая руки о тряпку, спрашиваю:

— Тебе нравится прелюдия?

Мне еще многое предстоит узнать о Хейли. Нравится то, что заставляет ее сгорать от желания. Где ей нравится, когда к ней прикасаются, и что заставит ее выкрикивать мое имя в экстазе.

Хейли медленно кивает, прикусывая нижнюю губу.

Положив руки на ее бедра, я заставляю ее ноги раздвинуться и встаю между ними. Наклоняюсь к ней очень близко, мои глаза опускаются к ее рту, и я понижаю голос, когда говорю:

— Если ты не хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь, ты прекратишь это делать.

Хейли издает смешок и, наклонив голову, целует меня в шею сбоку.

— Да? Тебя это заводит?

Мои руки поднимаются к ее бокам, и пальцы впиваются в ее рубашку.

— Все, что ты делаешь, заставляет меня хотеть трахнуть тебя.

Губы Хейли приоткрываются на моей коже, а затем ее зубы погружаются в меня. Укус легкий, но он мгновенно делает меня твердым. Я прижимаю ее таз к своему, чтобы она могла почувствовать мой чертовски твердый член.

Когда она посасывает мою шею, я рычу:

— Ты играешь с огнем.

— Ммм... а ты будешь целовать мои ожоги?

Моя рука устремляется к ее подбородку, и, поворачивая ее лицо вверх, я завладеваю ее ртом со всем голодом, который я чувствую. Я трахаю ее своим языком, пока ее тело не задрожит против моего, и она не застонает в просьбе о большем.

Если бы Алексея и Демитрия здесь не было… Господи, я бы трахал Хейли до тех пор, пока она не смогла бы ходить. Я бы высосал каждую унцию энергии из ее тела, оставив ее насытившейся на моей кровати.

Ее руки находят мои волосы, и пальцы перебирают пряди, и я почти забываю, что мы не одни.

Я опускаю другую руку обратно к ее бедру и провожу большим пальцем по складке, едва касаясь ее киски. Ее бедра выгибаются вперед, ища больше трения.

— Карсон, — хнычет она у моего рта.

Я двигаю рукой сильнее, пока подушечка моего большого пальца не прижимается к тому месту, где должен быть ее клитор. Руки Хейли начинают двигаться, спускаясь по моей шее, по плечам и возвращаясь обратно.

Поцелуй выходит из-под контроля.

— Мы спускаемся, — слышу я голос Демитрия, и это заставляет меня отстраниться от Хейли.

Она быстро соскальзывает с островка и начинает поправлять волосы и рубашку, пытаясь отдышаться.

Я издаю смешок, затем зову Алексея и Демитрия.

— Заходить безопасно.

Я слышу смех Алексея, прежде чем он появляется, довольная улыбка мелькает на его губах.

— Слишком для готовки, да? — спрашивает он.

— Я отвлекся, — взяв Хейли за бедра, я поднимаю ее обратно на каменную плиту и говорю, — На этот раз сиди спокойно.

— Да, сэр, — отвечает она, ее щеки все еще пылают после того момента, которым мы только что поделились.

Достав сковороду из ящика, я ставлю ее на плиту, и когда начинаю обжаривать грибы и куски стейка, смотрю на Алексея.

— Не пора ли выпить?

Мне это чертовски нужно.

Алексей усмехается.

— Да, давайте выпьем, — он обращает свое внимание на Хейли, — Что тебе нравится?

— Полагаю, у вас нет содовой? — спрашивает она.

Алексей открывает холодильник и говорит:

— Только вода.

— Тогда я возьму ее, — когда он протягивает ей бутылку, она бормочет, — Спасибо.

Алексей наливает три бокала водки и ставит один рядом с плитой.

После того, как он сделал глоток своего напитка, он спрашивает Хейли:

— Где ты путешествовала?

— Швейцария — мой первый пункт назначения. Я подумываю о том, чтобы в следующий раз поехать в Хорватию.

— Почему Хорватия? — он спрашивает.

— Я видела фотографии самых удивительных водопадов там.

— Национальный парк «Плитвицкие озера», — говорит Алексей, — Вот где ты их найдешь.

— Ты был там? — спрашивает Хейли, заметно расслабляясь.

— Да. Там спокойно.

— Где еще ты путешествовал? — Хейли спрашивает, и приятно видеть, что она и Алексей находят общий язык.

Алексей усмехается.

— Для тебя было бы лучше спросить, где я не был.

— Серьезно? Ладно, где ты не был?

Алексей на самом думает над ответом, пока выпивает еще водки. Затем он бормочет:

— Черт, я не могу вспомнить ни одно место.

— Ты не мог видеть весь мир, — утверждает Хейли, — Это невозможно.