Мой рот открылся, и желчь хлынула из губ, попав на пол рядом с кроватью.

С каждым спазмом я надеялась изгнать его из себя, избавиться от воспоминаний, запечатлённых в моём мозгу.

Забыть, как он заставлял меня истекать кровью.

И помнить только счастливые моменты — любовь моей семьи, объятия маминых рук.

Когда блевать уже было нечем, я подняла глаза и увидела глаза куклы.

Они причиняли боль.

Всё причиняло боль.

Я вытерла рот рукой и поднялась на колени.

Воздух медленно начал возвращаться, и я опустила руки на холодный, шершавый пол.

Я поползла.

По дороге сломался и отломился ноготь. Кожа на коленях разорвалась, и мелкие частицы цемента заполнили порезы.

Но я не останавливалась, пока не добралась до куклы, прижав её к груди.

Мягкие волосы из пряжи щекотали подбородок, пока я обвивала руками её спину, уткнувшись лицом в её шею.

«Я не хотела тебя обидеть».

«Это больше не повторится».

«Мне так чертовски жаль».

«Пожалуйста, прости меня».

«Пожалуйста...»

Я хотела, чтобы кукла обняла меня в ответ, обхватила своими наполненными ватой руками и прижала к себе.

Чтобы сказала, что всё будет хорошо.

Чтобы погладила меня по затылку и провела рукой по волосам, как я делала сейчас с ней и как моя мама делала со мной, когда я была маленькой.

Но ничего этого не было, только её присутствие и ощущение её близости.

Я была готова принять это.

Потому что её присутствие здесь — даже если она принадлежала ему — означало, что мне не придётся переживать это в одиночку.

До...

Эш

— Три! — закричали все в баре, подняв бокалы высоко в воздух.

— Два! — продолжили они отсчёт.

— Один! — закончили они, прежде чем прокричать: — С Новым годом!

Я опустил своё пиво и, вместо того чтобы сделать глоток, обхватил Перл за талию и поцеловал. Она обвила руками мою шею, приоткрыв губы, впуская мой язык. Я прижал Перл к груди и поставил бутылку, чтобы поднять её на руки.

Когда я узнал, что Перл придётся работать в канун Нового года, не было никаких сомнений, где мы с ребятами проведём этот вечер. Перл зарезервировала столик для нас четверых в своей секции, а после последнего заказа вернётся ко мне, чтобы провести ночь.

А завтра утром, пока мы будем обниматься в моей постели, я собирался спросить Перл, могу ли я познакомиться с её бабушкой.

Прошло почти четыре месяца с тех пор, как Перл столкнулась со мной в коридоре. Ей больше не нужно было ничего от меня скрывать. Перл могла мне доверять. Ничто не изменило бы моих чувств к моей девушке, и я никуда не собирался уходить.

Я бы повторял эти слова до тех пор, пока Перл в них не поверила бы. Пока они не поселились бы в её сердце. Как она жила в моём.

Я коснулся губами её губ и прошептал:

— С Новым годом, Перл.

Перл обхватила ногами мою талию, упираясь руками в плечи.

— С Новым годом.

Я смотрел ей в глаза, всё ещё не веря, что она моя.

— Боже, я так чертовски без ума от тебя.

— Мм-м, — простонала Перл, улыбка озарила её прекрасное лицо, когда она отстранилась. — Мой год начинается с тебя. — Её улыбка стала ещё шире. — Это не может сделать меня счастливее.

Я сжал её ягодицы, чувствуя, насколько они совершенны.

— Я никогда тебя не отпущу.

— Лучше бы тебе этого не делать.

— Этот год будет полон веселья. — Я потёрся носом о её нос. — Ты готова к этому?

— Да. — Перл крепче обняла меня, прижимаясь изо всех сил. — Единственное время, когда я могла закрыть глаза и чувствовать себя в безопасности, — это когда я была с бабушкой. — Перл сомкнула ноги, упираясь ступнями в мою поясницу, и обхватила ладонью мою шею. — А теперь, Эш, я чувствую то же самое с тобой.

Я провёл большим пальцем по её подбородку, глядя в глаза, принимая лучший подарок, который она могла мне дать.

До...

Перл

Прижимаясь к груди Эша, я всё ещё чувствовала на его коже запах Нового года. Остатки пива, которое я ему подавала, и дым из бара. Праздник, на котором я всегда боялась работать, хотя деньги были потрясающими. Всё потому, что было так много людей, что я едва могла передвигаться, и все были невероятно неряшливыми, становясь всё пьянее с каждым часом.

Вчера было по-другому.

Эш стал моим лучиком света.