Из шкафа она достает Регистр Последних Слов. Пальцы Ольги любовно оглаживают корешок, и это напоминает мне, как я поклонялась своим записным книжкам в те времена, когда полагалась только на них. Аж сердце щемит от тоски. До этого момента я и не осознавала, как сильно скучаю по шелесту их страниц…

Ольга снова садится на пол передо мной, открывает книгу, быстро листает. На бумаге мелькают имена, даты, цитаты – последние слова разных людей, произнесенные перед самой смертью.

На странице, где она останавливается, имя, дата и слова тщательно вымараны черными чернилами. На соседнем листе строки тоже зачеркнуты. Теперь я точно уверена, что именно они – ключ к разгадке.

С пальца Ольги соскальзывает капля винно-красной магии. Она постукивает по развороту своего регистра:

– То, чем я собираюсь поделиться с тобой, стало мне известно лишь потому, что ППС наняла меня, чтобы вытащить последние слова из пары тех тел.

– Тебя наняли?

– Да. Не каждый способен выудить информацию из трупа. Это редкий дар, – произносит она как ни в чем не бывало.

Я бы не стала использовать слово «дар», когда речь идет о работе с мертвыми телами, но что это редкость – несомненно.

Невольно кошусь на выпотрошенного кота.

– Я… понимаю.

Ольга видит, куда я смотрю.

– Это Мистер Ус. Мой первый кот. Одесса его обожает.

В этот момент стервятник – вероятно, та самая Одесса – снова клюет несчастное чучело.

Я вновь обвожу взглядом комнату.

– Тебе и вправду нравится смерть, да?

За кроватью Ольги выстроились рядком звериные черепа, в застекленных витринах застыли приколотые булавками бабочки.

– Смерть – величайшая тайна, – отвечает Ольга. – Бездна, заглянуть в которую даже мы, ведьмы, можем только мельком.

С этими словами она заносит руку над открытой книгой. Магия течет из ладони, разливаясь по бумаге.

Потом магия рассеивается, открывая уже не замазанные черным строки. И я читаю:

Катерина Томпсон |22 года | Дата смерти: 25 сентября 2023 | Последние слова/слово: «О Богиня… (крики)»

Морщусь, глядя на запись.

– Следующая кажется мне особенно интересной, – говорит Ольга, постукивая по строчкам на второй странице, и я застываю, увидев имя.

Шарлотта Ивенсен.

Я ее знала, и Ольга тоже, хотя сейчас она никак этого не показывает.

Мне не хочется читать запись. Это не просто слова на бумаге – это последние и, наверное, мучительные слова той, кто была моей подругой.

Шарлотта Ивенсен |20 лет | Дата смерти: 10 октября 2023 | Последние слова/слово: «Будьте вы все прокляты, ты и тебе подобные, катитесь в самое глубокое пекло, чтоб вы там сгнили».

«Будьте прокляты ты и тебе подобные»?

Смотрю на Ольгу.

– И что, по-твоему, это значит?

Моя сестра по Ковену оживляется:

– Не знаю, но тела, которые я видела, были сильно изувечены. Возможно, мы имеем дело с супером, который не совсем человек – ну или который умеет оборачиваться.

Содрогаюсь. Я тесно общалась с ликантропами. Могли они?..

Нет, не может быть. Для оборотней семья превыше всего. Они были в отчаянии, когда убили одну из них.

Однако слова Шарлотты напоминают мне кое о чем, что я упустила из виду, – о способе убийства. Да, тела были изувечены и пропитаны темной магией.

Чего добивались Фортуна, жестоко убивая девушек?

Какая им выгода от подобных смертей?

Каким бы ни был ответ, через неделю они убьют снова – если мы с Мемноном их не остановим.

Едва я вхожу в комнату, звонит телефон.

Быстро хватаю оставленную на кровати трубку.

– Да?

– Наконец-то.

Голос Кейна звучит неестественно хрипло.

Сиськи гоблина. Я не хочу говорить с этим человеком. Я еще даже не начинала разбираться в собственных запутанных чувствах к нему после прошлой ночи.

– Что происходит? – резко спрашивает он.

– В каком смысле? – уточняю я, собирая вещи.

– Мемнон во всех новостях.

– Что?!

Бросаюсь к ноутбуку, включаю его, жду, когда загрузится, и запускаю один из новостных сайтов суперов. На главной странице – зернистая фотография Мемнона на улице перед зданием, в котором меня держала Джулиана. Ракурс наводит на мысль, что снимок сделан камерой видеонаблюдения. Глаза Мемнона горят, волосы вздыблены. Запечатлеть магию камера не способна, но ясно, что сила из него так и хлещет. Заголовок гласит: «Тридцать три погибших при магическом нападении: убийца на свободе».

Черт, черт, черт.

– Ты что, не знала? – говорит Кейн.

– Хм-м-м?

Я все еще не могу оторвать взгляд от фотографии. Шрам Мемнона едва виден, а татуировок вообще не разглядеть. Но наверняка ведь есть и другие изображения.

– Он и в магических, и в немагических новостях. – Сделав паузу, Кейн добавляет: – Селена, я видел по меньшей мере одну фотографию, где он держит на руках женщину. Скажи мне, что это не ты. – Голос его смягчается. – Скажи мне, что ты благополучно добралась домой после вечеринки и не отвечала на мои звонки просто потому, что злилась.