— Разве мы не должны знать наверняка, что оно сработает?

— А у нас есть выбор? — Сара хмурится.

Теперь ее руки тоже в его крови.

— Такой пойдет? — Спрашивает Ульрик, примчавшись из кухни и опустившись на пол рядом с нами.

Он бледен, как мел, в его руке столовый нож.

— Пойдет. — Тихо отвечает цыганка, разглядывая лезвие.

А затем берет нож в руку.

— Так его можно спасти? — Улле всего трясет.

Я смотрю на них сквозь пелену из слез. На улице затихают звуки, шаги и голоса отдаляются. Похоже, братья Хельвины ударились в преследование хульдры.

— Уверена, его папочка не посчитал бы это спасением. — Морщится Сара, глядя на Бьорна.

— Так что мы сделаем? — Спрашиваю я.

Беру руку Бьорна и крепко сжимаю. Никакой реакции, и это лишает меня последних сил. Я больно стискиваю челюсти.

— Ты ведь врожденный оборотень, а не обратимый… — Сара взволнованно облизывает губы. — Никто тебя не обращал.

Видно, что ей тоже тяжело терпеть боль. Ее лицо белее мела.

— Кто оборотень? — Ульрик перехватывает ее взгляд, направленный на меня.

— Ты уже родилась оборотнем, а значит…

— Почему ты говоришь, что Нея — оборотень? — Не унимается он.

— Тш-ш! — Взмахивает рукой подруга.

— Но разве… — Мое дыхание обрывается.

Я поворачиваюсь и уставляюсь на безмятежное лицо Бьорна.

— Это единственный выход, Нея. — Шепчет Сара, наклоняясь. — Проснуться кровососом они ему не дадут, так что ты видишь Бьорна в последний раз. Либо… — Она протягивает руку ладонью вверх.

— И что с ним будет? — Едва слышно произношу я.

— Ему не понравится то, что будет с ним происходить. — Ледяным тоном выдает цыганка. — Но он будет жив. Надеюсь.

Я перевожу взгляд на Сару. Сглатываю.

«Жив» — это слово пульсом бьется в моих висках.

— Да о чем речь⁈ — Не выдерживает Улле.

Он смотрит то на нее, то на меня, то на нож.

— Но Хельвины узнают обо мне правду, если это сделать. — Всхлипываю я.

А сама уже протягиваю руку Саре.

— Они убьют тебя. Это совершенно точно. — Кивает подруга, поднося нож к моей ладони. — А значит… Тебе придется бежать.

Но Бьорн будет жить. Даже если никогда не простит.

Он. Будет. Жить.

— Бежать. — Киваю я.

Ничего. Убегу. Если они найдут и убьют меня, значит, такова судьба.

Я затаиваю дыхание, и все звуки вокруг зловеще стихают.

Здесь только мы, четверо: испустивший дух Бьорн и трое склонившихся над ним друзей.

— Его сердце уже не бьется. — Напоминает Сара. — Поэтому тебе придется отдать ему частичку своей души.

— У всего есть своя цена. — Соглашаюсь я.

И в следующее мгновение лезвие ножа глубоко впивается и рассекает кожу на моей ладони. Я сжимаю зубы от боли.

Руку так жжет!

— Давай. — Указывает подруга.

Я медленно подношу ладонь к телу Бьорна. Горячая кровь капает ему на грудь. Кажется, Сара с Ульриком даже не дышат.

— А дальше?

— А дальше ваша кровь должна смешаться. — Пожимает плечами девушка. — Твоя кровь должна попасть в его.

Я наклоняюсь, медленно погружаю руку меж поломанных ребер и нащупываю сердце, которое когда-то было большим и сильным. Обхватываю его пальцами и закрываю глаза. Замираю. Но чуда не происходит.

Мне становится больно дышать.

Бьорн не двигается. Не подает признаков жизни.

— Когда-нибудь ты простишь. — Шепчу я. — Я не могла поступить по-другому. Когда-нибудь ты меня простишь.

И начинаю сжимать и разжимать сердце, заставляя его ожить и начать качать кровь. Если кровь оборотня способна вернуть его с того света, то сейчас это произойдет.

— Что… — Пытается сказать Улле, но тут же затыкается.

Я ощущаю, как рука Сары ложится на мое плечо.

Бьорн будет ненавидеть меня. Но он будет жив.

Будет жив!

Мои слезы ручьями сбегают по щекам и падают на его лицо и на грудь.

«Пожалуйста. Пожалуйста, живи!»

«Этот мир не нужен мне без твоей улыбки. Я не хочу знать этот мир без тебя!»

«Пожалуйста, останься со мной. Вернись!»

И в следующую секунду его сердце неуверенно дергается в моей руке. Может, мне это только кажется? Но нет: неуклюжее движение повторяется вновь — еще и еще.

— Есть! — Выдыхает Сара, отбрасывая окровавленный нож в сторону. — Он дышит! Ты сделала это, ты смогла…

Ульрик в полнейшем недоумении склоняется над другом. Хельвин выглядит спящим, но его щеки и губы розовеют.

— Бьорн! — Зову я, вынимая окровавленную руку из его груди. Склоняюсь ниже. — Бьорн…

— Нея. — Приводит меня в чувство строгий голос Сары. — Нея, тебе пора.

— Но я… но как же… — Смотрю на Бьорна.