– На Хорхе напали. – Я вздрогнула, кисточка выпала из пальцев, мазнув по паркету сине-красной краской. Я уставилась на залив, виднеющийся из окна. Утреннее солнце рисовало на нем ярко-голубые тона. Красивая бы вышла картина. Я зажмурилась, отворачиваясь от Мартины.

– Он жив? – почти шепотом спросила я, поднимая кисточку с пола.

– Что? – переспросила Лу. – Конечно жив. Немного потрепан, сегодня мы забрали его из больницы, вечером навестим. Ничего опасного. – Сердце медленно успокаивалось, я выдохнула, уселась на диван, пытаясь усмирить воображение. – Хочешь съездить к нему? – ненавязчиво предложила девушка, а я была почти уверена, что сейчас на ее губах расцветала заигрывающая улыбка.

– Нет, – припечатала я, прикусила губу, думая, что звучала слишком резко. – Не думаю, что это уместно. Да и зачем? Он всего лишь пару раз меня подвез.

– Д‑а‑а‑а, – протянула она с явной усмешкой. – Он всего лишь чуть не принял у тебя роды, довез до больницы и сидел с твоим ребенком целые сутки, чтобы ты могла поспать. – При таком раскладе стало даже стыдно. Лу, как всегда, оказалась права. Резала чертову правду, не щадя чувства других. Да и сдались кому-то эти чувства? Даже если бы захотела, как бы я объяснила Мартине – тете моего мертвого мужа, что я собралась к парню, который вроде как друг? Имела ли я вообще право на то, чтобы жить дальше, вот так волноваться за кого-то, срываться к нему? Но разве друзья не для этого нужны?

Как бы к этому отнеслась Мартина? Вряд ли бы ей понравилось то, что я так легко отпустила прошлое.

Я едва сдержала слезы. Слишком много вопросов наполняло голову. Хотелось бы мне ничего не решать, ни о чем не переживать, не думать о других. Но такой роскоши у меня не было. Я скупо попрощалась с Лу, а она в ту же секунду прислала сообщение с адресом и короткое «если что, мы приедем в пять» и смайлик с ухмылкой.

Чертова Лу!

Я сунула телефон в карман, поднялась с дивана, замечая внимательный взгляд Мартины, которым она одарила меня. Щеки покрылись краской, уши загорелись. Наверное, я сейчас походила на помидор.

– Что-то случилось? – спросила она.

Я кивнула:

– На друга Аарона вчера напали.

– И почему Лу рассказывает тебе об этом?

– Она же моя подруга, – оправдалась я. Весь вид Мартины буквально кричал о том, что она не верила ни единому моему слову. Впрочем, я бы тоже не стала себе верить. – Ладно, это тот парень, который был в больнице, – сдалась я. Хуже уже вряд ли будет.

– Симпатичный.

– Наверное.

– И почему ты еще здесь?

– Что?

– Милая, ты уже три месяца вдова, ты родила ребенка, а этот парень сидел рядом с тобой в роддоме, пока я не пришла. Не знаю, что между вами, но если он серьезно пострадал, то правильно его навестить. Не мне же тебя учить.

– Но… так нельзя.

– Я не заставляю тебя выходить за него замуж, я просто сказала, что, если тебе нужно, ты можешь уйти, я пригляжу за малышом.

– Я о таком и не думала! – возмутилась я, сложив руки на груди. Боже. – Мы просто друзья.

– Я рада, что ты не кидаешься во все тяжкие, Анабель, – вдруг серьезно проговорила Мартина, заставляя и меня отбросить смущение. – И рада, что у тебя появились друзья. Они на то и нужны, чтобы разделять радость и скрашивать тяжелые дни.

– Спасибо. – На самом деле, это меньшее из всего, что я могла придумать. Мартина делала для меня слишком многое. От нее всегда веяло материнской заботой. Хоть я уже никем для нее не являлась, она все равно была здесь, даже не стала задавать вопросов или превращать присутствие Хорхе в пошлость. Она не стала осуждать.

Я наспех собралась, пока Мартина наблюдала за моим бегом по квартире в поисках нужных вещей. Женщина будто читала меня насквозь, буквально проникала в самую сущность, раскладывая там все по полочкам, которые потом нужно будет разобрать.

– Если Генри проснется, звони, я сразу же приеду, кури только на балконе и, пожалуйста, не выпей всю бутылку! – уже в дверях напутствовала я, ощущая, как тяжесть ложится на плечи. Я не знала, на сколько оставляю Генри, и от этого становилось неуютно.

– Если ты сейчас же не уйдешь, я вытолкну тебя! – шуточно прикрикнула Мартина, я не стала проверять достоверность ее слов, выплыла в подъезд, оттуда забралась в такси и назвала адрес.

До сих пор не верилось в то, что я творила. Боже, я ненавидела спонтанность, ненавидела незваных гостей, а сейчас сама стала такой. Вмиг захотелось вернуться назад. Но я зацепилась за слова Лу. Он мог уйти, оставить меня на попечение врача, но все же остался. И остался, когда я попросила. Так почему я не могла сделать хоть вполовину что-то похожее?

Интересно, почему Хорхе с его возможностями и положением жил в таком ужасном районе? Неужели выручка клуба не покрыла бы жилье в нормальном, более безопасном месте?

Мужчина за рулем рассмотрел меня через зеркало заднего вида, будто не часто подвозил в этот район города одетых, трезвых и на первый взгляд адекватных людей. Я протянула ему несколько купюр, молча вышла из машины и прошмыгнула в подъезд. Через несколько лестничных проемов я стояла около неприметной двери.

Может, еще не поздно уйти?