– Спасибо, – прошептал парень. Я вновь прикрыла глаза, а затем дверь резко открылась. Хорхе откинулся на подушки, а я отсела назад, устремив взгляд в пол. На пороге застыли Лу и Аарон, внимательно нас разглядывая.

Аарон, нахмурившись, прошел к маленькой кухоньке, поставил на столешницу пакет с продуктами. Луиза хитро улыбнулась, скользнула к Тайфуну, обвила его предплечье рукой и что-то зашептала на ухо. Хорхе раздраженно фыркнул:

– Может, нам оставить вас наедине?

– Или нам вас? – тут же обернулась Лу с ехидной усмешкой.

– Когда ты присоединилась к нашей семье, я думал, что ты будешь сплетничать со мной об Аароне, но никак не наоборот.

– В жизни случаются расстройства, друг, – отозвался Тайфун.

Я поежилась от его голоса. Вот уж кто пугал меня сильнее других. Он так легко признался тогда в убийстве Генри, будто это ничего не значило, будто это просто факт. Я не знала, но, может, так легче переносить муки совести. Хотя не уверена, что он знал, что это такое. Наверное, так же, как и Хорхе.

– Надеюсь, вы принесли мне много сигарет и виски.

– Вообще-то мы принесли много таблеток, овощей и… – Аарон запнулся и провел по волосам. – Там Луиза выбирала, если честно.

– Ты точно мне за что-то мстишь, красотка, – Хорхе откинулся на подушки.

– Тебе запретили пить, по возможности попросили не курить, так что я здесь ни при чем. Наоборот, спасаю тебя от ранней смерти.

Аарон уселся на стул, Лу приземлилась рядом с ним, и они оба смотрели на нас как на провинившихся школьников. Не знаю, как Хорхе, но я сгорала от неловкости.

– Так и зачем вы приперлись? – не выдержал парень.

– Нам уйти?

– Да, пожалуйста.

– Ладно, – беззаботно пожал плечами Тайфун.

– Я пошутил.

– Я знаю, придурок, – буркнул Аарон, затем достал сигарету. – Занесли тебе продуктов на первое время, хотя мне было бы спокойнее, если бы ты перебрался ко мне, пока я не вернусь.

– Нет уж, снова делить с тобой одну ванную я не собираюсь.

– Не пришлось бы, – отозвался он, выпуская серую струйку дыма в потолок. – Мы с Лу уезжаем. – Хорхе вскинул брови, резко сел на кровати, зажмурился от боли.

– То есть бросаете меня беспомощного, да?

– То есть твое положение все-таки унизительное, да? – усмехнулась я. Тайфун тихо хмыкнул, Хорхе закатил глаза. Признаться, все происходящее выглядело странно. Над моей недошуткой только что, кажется, посмеялся Тайфун.

– Конечно, он это любит, – согласился он.

О боже…

– За тобой присмотрит Анабель, – с прищуром перевела тему Луиза, а мне захотелось провалиться под землю. Просто кошмар.

– А кто присмотрит за ней?

– Не переживай, за вами двумя присмотрит Матиас, – Тайфун задорно вскинул брови.

– Ты в хорошем настроении, я смотрю, – мрачно отозвался Хорхе.

– А почему оно должно быть плохое? – Аарон растянулся на стуле, став, кажется, даже больше в размерах. Вот у кого реально пугающая аура. – Париж, любимая девушка, – мечтательно протянул он.

– Твой брат избит.

– Париж с любимой девушкой у меня впервые, а избитый брат почти каждый день.

– Ты как обычно, – фыркнул Хорхе.

Они продолжали о чем-то переговариваться, и со стороны, наверное, вся наша странная компания не казалась такой уж и странной. Может быть, в чьих-то глазах мы были обычными людьми, которые только окончили колледж и просто решили собраться вместе, обсудить планы на будущее. Вот только существовало ли оно для нас? Не размытая картинка под страхом смерти, а обычная жизнь?

Я не знала, да и вряд ли хотела знать. Меня вполне устраивало то, что есть.

Спустя пару часов я вошла в свою квартиру, устало скинула обувь и плащ. В гостиной Мартина напевала тихую колыбельную, качая Генри на руках. Я тепло улыбнулась. Внутри снова разлилось едва заметное чувство. Я наконец-то дома, а все происходящее – правильно. И Мартина, и Генри, и даже Хорхе.

Тетя, услышав шаги, обернулась, осмотрела меня с головы до ног, поджала губы.

Боже, и почему в такие моменты всегда становится стыдно?

Мартина унесла Генри в комнату, я опустилась на диван, когда она вернулась. Женщина села рядом, поставила два бокала на журнальный столик.

– И как твой друг? – неожиданно спросила женщина, сделав акцент на последнем слове. Я поежилась, желая куда-нибудь исчезнуть. Вспомнились и его легкие касания, и взгляды. Черт возьми, меня же сейчас прочесть легче, чем открытую книгу. Я почти уверена, что покраснела.

– Жив, почти здоров и шутит.

– Если шутит, это хорошо.

– Лу и Аарон уезжают в Париж на Рождество, – проговорила я, развалившись на диване. Мартина плеснула в бокалы белое вино.

– А этот твой…?

– Он не мой, – возмутилась я. – Хорхе. Не знаю.

– У него есть семья?

– Аарон – его семья.