Диана стояла, как в трансе, сжимая в руках пистолет. Её дыхание было тяжёлым, мысли метались, как загнанный зверь. Это был её шанс – убить Ричарда и сбежать. Один выстрел, и всё закончится. Он больше не сможет ей угрожать, больше не сможет причинять боль. Её пальцы сжались на спусковом крючке, но что-то внутри неё мешало нажать. Она никогда не переходила эту черту. Для неё убийство было концом всего человеческого. Убить человека – значит лишиться души, потерять себя окончательно. Но желание отомстить, желание наказать его за каждое унижение, за каждую ночь, наполненную страхом и отчаянием, кипело в ней как вулкан. Диана подняла пистолет, направляя его прямо в спину Ричарда. В этот момент он стянул с себя майку, чтобы осмотреть рану. Она застыла. Её взгляд скользнул по мужскому телу. Шрамы покрывали его кожу, как карта боли. Но в отличие от её собственных шрамов, которые она пыталась скрыть под татуировками, его татуировки не маскировали их. Они были сделаны вокруг шрамов, подчёркивая каждую неровность, как будто эти шрамы были важной частью личной истории. Она не могла отвести взгляд. Это были не просто шрамы и татуировки. Это была картина про его жизнь.

Её мысли утонули в странной, неожиданной тишине. Его шрамы были похожи на её собственные, но они рассказывали другую историю – историю боли, которую она не могла игнорировать. Внезапно ей показалось, что мир вокруг них сжался, и они были единственными, кто пережил ад… и всё равно остались живыми.

Руки Дианы опустились, и пистолет соскользнул вниз. Она сделала медленный шаг к Ричарду, словно подчиняясь чему-то за пределами логики. Села на корточки за его спиной и протянула руку, едва касаясь одного из длинных шрамов, пересекавшего лопатку. Ричард дёрнулся, словно его ударило током. Он резко развернулся и схватил её за запястье, его глаза пылали яростью. Но Диана увидела что-то ещё – в его взгляде было то, что она не могла описать. Что-то скрытое, почти неуловимое. Она смотрела ему прямо в глаза, голос её прозвучал мягко:

– В доме есть аптечка?

Ричард усмехнулся, но усмешка была полна горечи.

– Нет.

Диана кивнула и спокойно сказала:

– Тебе нужно обработать рану.

Ричард зло выплюнул, сжав её запястье сильнее:

– Засунь свою заботу в задницу. Я раскусил твою игру.

Её сердце дрогнуло, но она ничего не ответила. Только выдернула руку из его хватки и отступила. Она знала, что спорить с ним бессмысленно. Ричард тяжело поднялся с пола, лицо оставалось мрачным, а в движениях читалась боль, которую он не показывал. Он бросил на Диану короткий взгляд, полный сдержанного раздражения, и молча направился в ванную. Дверь закрылась за ним с глухим стуком, оставив Диану наедине с её мыслями. Она всё ещё ощущала холод металла пистолета в своих ладонях, хотя оружие теперь лежало на полу. Мысли путались, сердце всё ещё билось слишком быстро. Она не могла понять, что происходило в этот момент – в ней самой, в нём. Эти шрамы, его слова, их странная связь. Всё это казалось неправильным, но одновременно каким-то болезненно знакомым.

Минуты тянулись, как часы. Она слышала слабые звуки воды, когда Ричард, видимо, пытался промыть рану. Её взгляд упал на нож, оставленный в горле мужчины. Она знала, что одной ей не выжить, а после сегодняшнего нападения это стало ещё очевиднее. Внезапно дверь ванной открылась, и Ричард вышел, всё ещё голый по пояс, с окровавленным полотенцем, намотанным на плечо. Его взгляд был холодным и сосредоточенным.

– Собирай вещи. Быстро, – резко бросил он.

Диана подняла на него глаза, пытаясь понять, что происходит.

– Зачем? – спросила она, стараясь скрыть в голосе нотки тревоги.

Ричард раздражённо выдохнул:

– Не задавай вопросов. Просто делай, что я сказал.

Диана не стала спорить. Она медленно подошла к углу, где лежал рюкзак, и начала собирать вещи – всё, что могла найти: смену одежды, бутылки воды, пару пачек сушеных ягод. Собирая рюкзак, она краем глаза заметила, как Ричард встал на колени в углу комнаты и, не обращая на неё внимания, начал ножом аккуратно поддевать доски на полу. Одну за другой он отодвинул несколько досок, а затем, словно из тайника, достал две тёплые куртки, несколько пачек наличных денег и два пистолета. Диана невольно замерла, наблюдая за ним. Ричард действовал спокойно и уверенно, словно готовился к этому моменту заранее. Он не обернулся, но его голос прозвучал резко:

– У тебя есть пять минут. Иначе мы не успеем.

«Успеем куда?» – хотела было спросить она, но промолчала. Интуиция подсказывала, что ответы придут позже. Или не придут вовсе.

– Надень куртку и иди за мной, – резко сказал Ричард, стоя в прихожей и натягивая на себя тёплую куртку. Он выглядел мрачным и сосредоточенным.