Амелия стала жевать свою верхнюю губу, смущённо смотря на меня.

– Как? – начиная смеяться, спросил я.

Она пожала плечами.

– Может тебе и правда стоит нанять меня.

С радостью.

Моя напарница. Во всём.

– Хотя знаешь, я не хочу работать с тем, кто так бесстрастно прощается со своим делом, – возмутилась она. – Целая четверть твоего бизнеса! Чем ты думал!

– Всё равно она не принадлежит мне.

– Что? – лицо Амелии исказилось от ужаса. – Ты не мог расторгнуть брак без моего согласия!

Два кулака ударились о мою грудь. Ярость сменила ужас, но я улыбнулся, заставляя её начать хмуриться ещё сильнее, схватив за кисти рук, удерживая на месте.

– Потому что она твоя.

Амелия подняла брови, продолжая не понимать, о чём я говорил с ней.

– Ипподром, – пояснил я. – Он твой.

Джузеппе не читал между строк, когда мы подписывали брачный договор, поэтому я сделал это за него. Даже в случае расторжения брака всё, что я собирался отдать, ушло бы в руки Амелии. А сейчас, когда мы собирались по-настоящему быть вместе, тем более.

Я хотел, чтобы она владела чем-то независимо от меня.

Хотя моё сердце стало таковым для неё ещё очень давно.

– Сантьяго… – девушка покачала головой, приоткрыв рот в неверии. – Зачем?

– Затем, что я хочу, чтобы ты была счастлива рядом со мной.

Кулаки Амелии сжались сильнее и, если бы я не держал её, она вероятно стукнула бы меня ещё разок.

На самом деле это правда было всем, чего я хотел. Она могла не любить меня, потому что видеть её счастливой и знать, что я был причиной этого, было достаточно для меня.

– А теперь пообещай, что когда я отпущу тебя, ты не станешь бить меня.

Моё тело всё ещё болело после встречи с Триадой, поэтому этого не стоило делать, если она хотела ещё немного полюбить меня. Но позже я был вполне готов почувствовать на себе её кулаки и ногти.

– Обещаю, – выдохнула она.

Я разжал пальцы, выпуская кисти Амелии из своих ладоней, но она не долго думая, вновь соединила наши тела, положив руки на мою шею и притянув меня к себе.

Наши лбы с грохотом столкнулись друг с другом и я поморщился.

– Ты обещала, – невнятно напомнил я ей, когда тёплые губы накинулись на мои, не позволяя мне отрываться от них.

Не то, чтобы я собирался.

– Прости.

Амелия улыбалась, целуя меня.

Она, чёрт возьми, улыбалась, целуя меня.

Это было не в первой, но только сейчас я чувствовал и был уверен, что она делала это по-настоящему.

Так, как всегда того хотела.

Как я хотел.

Как мы.

Поцелуи без её улыбок, будь они наполнены хитростью или счастьем, были неинтересны мне.

– И ты прости за то, что я оставил тебя.

– Только на этот раз. В следующий я найду тебя и привяжу к себе.

Никаких следующих разов.

Мои ладони легли на её талию, большие пальцы массировали кожу на рёбрах, а губы мечтали о перемещении к татуировке под её сердцем.

К клятве. К тому, чего я уже и не мечтал получить от неё.

– Я не позволю твоему сердцу разбиться, – пообещал.

А тем, кто решит, что сможет оставить на нём хотя бы ещё одну новую трещину, придёт конец.

Я жадно любила мужчину в своих руках.

И жизнь, что мы собирались провести вместе.

Ветер перестал раздувать наши волосы, когда мы снизили скорость и съехали с трассы на неширокую земляную тропу, ведущую в неизвестность.

По крайней мере для меня.

Сантьяго не позволил мне узнать, куда мы отправились, и в отместку я мучила его своими прикосновениями всю дорогу. Когда его терпение лопнуло, а ширинка на штанах собиралась сделать тоже самое, он прибавил скорость настолько, чтобы я могла только прижаться к его спине, крепко обернув руки вокруг торса, и мечтать, чтобы ветер не унёс меня с мотоцикла.

Хитрец.

– Пытки продолжатся, если ты сейчас же не расскажешь мне, зачем привёз меня в идеальное место для убийства, – кончики большого и указательного пальцев сжались, щипая кожу на животе Сантьяго.

Я повернула голову вправо и устроила свою щёку на его спине, рассматривая природу вокруг. Осенние итальянские леса были сказочными: листья деревьев приобретали тёплые тона, ароматы, наполняющие чащи, становились в разы ярче, а обитатели местности дружелюбнее.

Казалось, здесь было так же хорошо, как и на пляже.

Но я склонялась к тому, что человек рядом со мной делал его таковым.

Каждое место, в котором мы оказывались вместе, было больше не похоже на то, что я помнила и знала раньше.

– Ты почувствуешь вину за все терзания, что обрушивала на меня последние пол часа, когда увидишь то, к чему я везу нас, и я заставлю тебя выполнить всё обещанное твоими руками ранее, – предупредил Сантьяго.