Мы оба не ответили ей.

Я присела на край матраса, смотря на свои дрожащие колени, которые никто не видел, и закрыла глаза.

Лица кружились передо мной в темноте, а голоса поражали всё вокруг, и, мне казалось, я могла начать плакать кровью от того, как сильно это давило на меня. Боль разъедала кожу лучше огня. Она поселилась внутри, и её дом был здесь. Но я хотела дать ей свободу. Хотела, чтобы она ушла.

– Проверьте её швы, – холодно произнёс Себастьян. – Кажется, я видел кровь.

Дверь хлопнула, и он ушёл.

Пальцы дрогнули от желания вцепиться в кожу и снова вернуться к прошлым привычкам, но я выпустила слезу из-под закрытых век и осталась обездвижена на своём месте.

Нет… Что я сделала с тобой, Себастьян? Неужели я, правда, вернула тебя… туда.

Пустота. День первый.

Все три дня, что Джулия провела без сознания, я просидел в машине под окнами её палаты. Потому что дома без неё не существовало. Мне было нечего там делать.

И я был трусом. Мне было страшно подняться на её этаж и услышать: «Мы сделали всё возможное». После такого, Доминику даже не пришлось бы убивать меня, хотя я мечтал о самых страшных пытках, что он мог предложить мне, но я бы лёг рядом с Джулией и закончил наше лето вместе.

Я не мог спать, вечно думая о ней. Однако моему организму было наплевать, поэтому я потерял сознание в середине третьего дня, когда моё тело уже отекло, глаза заболели от того, как долго я смотрел в одно и тоже окно, а сердцебиение замедлилось настолько, что холод снова начал свой путь в точности, как пятнадцать лет назад.

Джулия не умирала в одиночку. Я уходил вместе с ней.

Меня разбудил стук. Доминик смотрел на меня через лобовое стекло и ждал, когда я выйду к нему. Мы не говорили с тех пор, как он забежал в больницу с телом, сердце в котором уже не билось. После он даже ни разу не ударил меня. Ему было всё равно. Его голова была занята бездыханной сестрой.

Когда я вышел к нему, его измученные красные глаза говорили мне, что если она не очнётся, то он сделает так, что я последую за ней.

Как будто я бы сам этого не сделал. Я же говорил, я всегда буду возвращаться к ней.

И когда я наконец решился, Джулия больше этого не хотела.

Сырость доков окружала меня, вечерняя прохлада просачивалась сквозь одежду и единственное приятное, что было здесь – Лоренцо Короззо в отключке. Его руки были связаны за спинкой стула, голова свисала вперёд, и он выглядел довольно плохо после того, как Каморра немного «поиграла» с ним. Но то, что ждало его от нас, было куда страшнее.

Кристиан перестал таскать своих жертв на территорию дома после того, как Кая появилась в нём, и теперь у него было своё личное место в корабельных доках. Одна еле живая лампочка освещала помещение, длинные столы с предметами, которыми мой брат пытал людей, вытаскивая из них информацию или просто убивая их за предательство, стояли по бокам, прижимаясь к стенам. Запаха крови не присутствовало, потому что он выдраивал это место настолько, что здесь было чище, чем в большинстве элитных больниц Сакраменто. Только, мне казалось, Лоренцо немного попахивал гнилью. Его раны продолжали кровоточить, и я был уверен, что началось заражение, но никто не собирался помогать этому ублюдку, мы просто надеялись, что он не умрёт раньше положенного времени.

Кристиан, не хотя, посмотрел на Доминика, достав телефон из кармана брюк, но тот сделал вид, что не заметил его и продолжил прикручивать шланг.

Послышались гудки, когда мой брат всё же набрал номер человека, которому его Босс заставил позвонить ему, и послышалось:

– Уже соскучился по мне, Кристиан?

Дэниел Ардженто на другом конце трубки был явно доволен этим звонком, пока Кристиан раздраженно пытался не раздавить телефон в своей руке.

– Киска Деметрио оказалась куда слаще, – ответил он.

В день смерти Талии на территории Каморры меня встретила Делакруз, с Кристианом был Асторе, а Ардженто остался присматривать за гонками, не собираясь тратить на нас и нашу сестру своё время.

Мы услышали, как мужчина хмыкнул, но не позволил моему брату остаться без достойного идиотского ответа.

– Тебе стоит попробовать мой член.

Кристиан передо мной заскрипел зубами, пока Доминика похоже забавляла вся эта ситуация. Не удивлюсь, если он специально заставил именно его позвонить Дэниелу, чтобы понаблюдать за тем, как они словесно разгрызают друг другу глотки.

Они передали нам Лоренцо через своих людей несколько часов назад, и сделка, которую мы заключили ранее, отлично сработала в обе стороны.

– Твои кишки следующие в моём списке, Дэниел.