– Что ты делаешь? – Голос Джерада звучал непривычно сурово.

Обернувшись, я хватала ртом воздух, как рыба на берегу. Выдавила:

– Зачем тебе это?

Он посмотрел на оружие, ероша волосы полотенцем, и вдруг просиял.

– Когда грустно, играю в русскую рулетку, – объяснил легко и весело, будто говорил о вязании. – Садишься за стол, наливаешь что-нибудь покрепче, вставляешь один-два патрона вместо всех, крутишь барабан и… – Прислонил пальцы к виску и дернул ими, изображая выстрел.

Я ахнула.

– Ты… можешь умереть.

– Правда? – наигранно удивился Джер, схватив из коробки револьвер; ловко повертел им на указательном пальце. – Пока мне везет.

Я хрипло дышала. Вид огнестрела приводил меня в ужас.

– Расслабься. – Андерсон кинул револьвер в коробку – металл ударился о картон. – Много проблем решится, если игра окажется удачной. И признай, это весело.

– Нет, Джер, невесело.

Ему, как всегда, безразличны мои слова, он равнодушен к моему ужасу. Насвистывая мелодию из фильма «Убить Билла», Джерад покинул спальню.

Я рискнула заглянуть в коробку еще раз: на дне были патроны. Все необходимое, чтобы отнять жизнь. Я ненавидела холодную сталь и расчетливые пули. После смерти Майка я много раз видела во сне пистолет. Исход рокового дня решил один выстрел – Майка убили. Любой из дней Джерада Андерсона решит один выстрел. Джерад умрет. Из-за меня.

Стивен не должен узнать, что я до сих пор с Джерадом, поэтому я сбрасывала входящие вызовы. Стыд горел на щеках от конвертиков на экране. «Мне приехать?» – СМС после четырех звонков. – «Ари, в чем дело?», «Возьми гребаную трубку!»

Джерад ушел рано. Он часто пропадал, и мне было все равно, до вчерашнего дня. Мысли о револьвере не покидали голову, я ужасно спала и утром закинулась обезболивающим, чтобы не думать о смерти или наркотиках.

Асоль тоже переводила в шутку свои проблемы, а в итоге сломалась.

«Он что-то сделал?! Ари! Я убью его!»

Скрываться – не выход. Вести двойную игру – не выход.

«Я в порядке, увидимся в два часа. Давай в кофейне, в которой я работала».

Каспер дремал на коленях Стивена. Я сидела рядом и гладила кота по заостренным ушкам. Дори и Кевин рады были поболтать, но я попросила нас не трогать. Разговор предстоял непростой. Перебирая на запястье разноцветные фенечки, Стив пил кофе и задумчиво смотрел в окно.

Я рассказала все как есть: быстро и громко, чтобы он понял: иначе поступить я не могла, и мне нужно больше времени, чтобы расстаться с Джерадом без последствий.

Стивен отмахнулся, мол, ничего удивительного, у Андерсона крыша всегда протекала. «Разберемся потом», – добавил он. Я ожидала скандала, но Рэтбоун был словно не здесь.

Пообедав, мы направились в отель. В номере пахло лавандой и стиральным порошком: запах чистоты там, где случаются грязные измены. Я поцеловала Стивена. Не знаю, чего хотела – ощутить, что все в порядке? Но Стивен ответил на поцелуй неохотно. Его рот остался закрытым, уголки губ опустились в немом извинении.

Хмурясь, я отошла и села на кровать.

– Что случилось?

– Хм… – Стивен споткнулся о ковер. – А что-то должно… гм… случиться?

– Брось. – Тревога сдавила горло. – Мне вновь извиниться за Джерада? Я расстанусь с ним. Дай мне время сделать это аккуратно.

Удивительно, но Стивен, вопреки вспыльчивости, не возмутился из-за девчачьей нерешительности. Он, сдувая со лба отросшую челку, спросил:

– Ты не наладила связь с родителями?

Я похолодела, собирая край простыни в кулак.

– Нет.

– Слушай, Ари…

Я перебила:

– Не хочу ничего слушать! Не хотела, когда ты просил рассказать, не хочу и сейчас! Думаешь, что-то изменилось?

– Он позвонил мне. Сегодня утром. – Внутри на секунду все замерло. – Твой отец, – уточнил Стивен, будто я не поняла. А я очень хотела не понять.

Стивен выдержал паузу, наблюдая за изменениями на моем лице. Они точно были: кровь отлила от щек, а глаза стали сухими и слезились. Я моргнула. Что?

– Сначала я решил, звонит фанат или кто-то из звездной тусовки, я не подхожу к незнакомым номерам. Он был настойчив, я взял трубку, мы поговорили. Твой отец в городе и хочет увидеть те…

– Нет, – оборвала на полуслове. В ушах гремело. – Нет! Скажи, что это неправда! – Вскочив с постели, я вцепилась в его кофту, оттягивая без того растянутый рукав. – Пошутил, да? Ты пошутил?

Я разжала пальцы и поднесла их ко рту: кусала мягкие подушечки зубами, дергала ногтями за обветренные губы в попытках остановить панику.