Я быстро заморгала. В нос словно ткнули ватку с нашатырным спиртом. Софи. О ней не забыть. Она ярче всех моделей, с которыми видели Стивена, она задержалась надолго. Я поискала в интернете: Софи Штерн переехала в Нью-Йорк. Значит, все кончено? Стивен не давал повода сомневаться в его любви, но я не понимала, почему он не говорит о Софи. Вообще. Я помнила фото из журналов, где они, счастливые, позируют, интервью, в котором он признается ей в чувствах и строит планы на будущее… Пресса по-прежнему считает их парой. Меня считают никем.

– Без комментариев, – недовольно ответил Стивен. Он грациозно балансировал с коробками пиццы и не выпускал мою руку.

Когда мы попали в здание, я облегченно засмеялась. Нервное. В висках пульсировало, но я хотя бы смогла вдохнуть на полные легкие.

– Мистер Рэтбоун? – К нам подбежал пухлый паренек со светлыми волосами и милыми ямочками. Птенчик!

Стивен швырнул ему коробки и заорал:

– Где, мать твою, охрана?! Том, ты видел, что происходит?! Нас чуть не разорвали, идиот! И если на меня плевать, то о девушке подумай! Гребаные стервятники, ради сенсации на все готовы…

– Стиви!

Я вздрогнула, а Том едва не уронил коробки.

Из конца коридора к нам шел худой мужчина в хипстерских квадратных очках. Его волосы – темные и кудрявые. Одет в потертые джинсы и белую рубашку; ремень с массивной пряжкой, а пиджак явно велик. Если бы у Стивена был брат, он выглядел бы именно так.

– Марти! – воскликнул Стивен. Он просиял и забыл про помощника. Точно, менеджер Мартин Эванс.

– Зазвездился, а, Стиви? – спросил Марти, принимая вокалиста в теплые объятия. Том, поймав момент, когда о нем все забыли, ретировался. – Ты как, Рэтбоун? Я рад вернуться в город! – болтал Марти. – Греемся на солнышке, пока в Северной Дакоте…

– У меня все отлично, – забыв недовольства, перебил Стивен. Он хлопнул менеджера по спине: – Ты как?

– Не жалуюсь. Сара иногда такая сучка… – Марти присвистнул. – Но я ее люблю!

– Ох уж эти женщины!

Я послала Стиву убийственный взгляд. Он засмеялся, приобнял меня, поцеловал в макушку, и я забыла, как это – злиться.

– Что за прелестное создание? – заметил меня Марти.

– Я Ари, приятно познакомиться.

– Ари? – переспросил он. – Невероятно, та самая Ари?!

– Марти… – растерялся Стивен.

– Очень приятно. – Он пожал мою руку. – Стив много о тебе рассказывал. И, поверь, только хорошее!

Лицемер. Думает, я забыла, что он заставил Стивена подписать контракт, был на стороне Джерада и мечтал избавиться от меня?

– Взаимно. О вас я тоже слышала много… интересного.

Марти на секунду завис, улыбнулся шире. Чуть скосил глаза, словно объясняя: бизнес есть бизнес. Сейчас мы вроде как на одной стороне.

– Ари, я сомневался в твоем существовании…

– Эй! – Стив пихнул менеджера в бок. – Заткнись!

Я сдавленно хихикнула.

– Ладно-ладно. Идем в наше тайное убежище! – Марти указал в конец коридора.

Комнату, где нас ждали остальные участники группы, застилал когда-то белый, а теперь грязно-серый из-за следов ботинок и сигаретного пепла ковер. Светлые стены сделали помещение просторнее, чем оно было на самом деле. По периметру стояли музыкальные инструменты; черный кожаный диван и пара стульев вокруг стола, на котором уже были коробки с пиццей. За стеклом пульт настройки звука, микрофон, наушники; под потолком шумел кондиционер.

– Починили, – облегченно выдохнул Стивен. Он спохватился и представил меня: – Ари Тешер. Да, та самая Ари.

Послышалось дружное: «У-у-уа-а-ау-у!» Кто-то зааплодировал. И только один мужчина воспринял сказанное по-своему: подмигнул мне.

– Шон!

Я сразу узнала пиарщика группы и подбежала к нему. Пусть моя радость казалась чудной. Шон помог мне в трудный момент: его номер я первым нашла в контактах Стивена. Шон приехал и долго говорил со мной, уложив Рэтбоуна отсыпаться. Именно Шон, попав в мое сердце как добрый и отзывчивый человек, остался там навсегда. Порой я думала, что было бы, если после того, как Стив оставил меня, я бы смогла связаться с Шоном. Но сколько могло быть этих «бы»…

– Ты повзрослела и стала еще прекраснее, Ари, – тепло, словно дальний родственник, подметил Шон, поймав меня в объятия. Он остался таким же: аккуратная бородка, смоляные волосы. И пахло от него так же: сигаретами с гвоздикой и зернами кофе. – Я знал, мы встретимся вновь.

– Ты помнишь меня? – удивилась я, сцепив руки за его крепкой спиной в синем свитере.

– Ты же помнишь меня? Странного парня. Он заставил тебя остаться. – Шон наклонился к моему уху и шутливо произнес: – Прости за это.

Я засмеялась и прижалась лбом к его плечу. Он напоминал Майка…

– Что происходит?! – будто гром сотряс комнату.

Я открыла рот, но Шон все объяснил:

– Стивен Рэтбоун! Ты забыл, кто уговорил эту импульсивную девчонку остаться и выслушать твой бред о том, как ты сожалеешь?

Вернее, пристыдил.

Никогда не думала, что увижу, как Стивен краснеет. На его лице не просто смущение, а благодарность вперемешку с раскаянием. Очаровательно.