Смех защекотал горло.

– Поверь, Кошечка, участники БДСМ-сообщества мало чем отличаются от вас. Мы тоже регулярно следим за здоровьем. – Скинув пальто, я наклонился и прошептал: – А многим тоже нравится публичность.

Пат совсем сникла. Ей не по душе то, чем она занимается? Тогда с какой целью она делает все это? Я не понимал.

– Сколько ты уже…

– Три месяца. Начала после нашей ночи. Но мое решение никак не связано с тобой! – быстро ответила Патриция. Она заметно нервничала, и я решил слегка разрядить обстановку, подтрунивая над ней.

– Понятно, – кивнул, улыбаясь, – а то собирался спросить, не в том ли причина, что ты ищешь кого-то похожего на меня.

Она кинула убийственный взгляд в мою сторону.

– Я не работаю с категорией «на любителя».

– Ауч. Прости, сладкая, тебе не удастся пошатнуть мою самооценку. Выходит, Астрид не знает, что ты снимаешься в фильмах для взрослых?

Пару секунд Патриция молчала. У нее был красивый профиль: высокий лоб, слегка вздернутый нос и пухлые губы с очерченной галочкой над верхней. Камера наверняка ее любит. Прежде чем ответить, Пат оглядела зал – в середине дня большинство столов пустовали.

– Астрид не знает. И не должна узнать.

Хм. Кажется, я нашел рычаг давления. Если мне станет слишком скучно… Я остановил мысль и помахал официантке.

– Куколка, налей мне американо. Патриция? Что будешь?

Она встрепенулась.

– Мне… апельсиновый сок.

– И два бургера с говядиной. – Я отдал официантке меню. – Надеюсь, ты не вегетарианка, Кошечка.

Если она и хотела возразить, то не нашла слов. Разговор о лучшей подруге будто выбил Патрицию из колеи. Она смотрела на свой маникюр, а на деле искоса разглядывала меня, наверняка считала, что я не вижу.

– Давно приехал? – вдруг спросила.

– Около недели назад. Все думал, остаться или уехать… Теперь решил.

– Уедешь? – спросила нарочито умоляющим тоном. В ее зеленых глазах танцевали искры. Вдруг мое желание повеселиться взаимно?

– Останусь. Покажешь город?

– С чего бы? Я похожа на гида?

Ух, Кошечка! Сразу выпустила коготки.

– Ты похожа на девушку, которая с пеной у рта доказывает каждому встречному, как прекрасен ее Огрызок.

– Огрызок?.. – у Пат отвисла челюсть.

– Ну да. Как можно назвать город «Большим яблоком»?^[7] Огрызок подходит этому месту куда больше. Тут шумно и грязно, как на помойке.

– Перестань оскорблять Нью-Йорк! – Патриция вскочила, опираясь ладонями на стол. Ее лицо раскраснелось. – Хам!

– Интересно, есть ли фетиш на город? Когда хочешь трахнуть Эмпайр-стейт-билдинг или что-то вроде?

– Тебе лучше знать, извращенец. – Она подхватила сумку и направилась к выходу. – Так и знала, что идти куда-то с тобой было ошибкой.

– Хотя бы номерок оставь! – крикнул я на весь зал с драмой в голосе. – Ты даже пальто снять не успела. Разве так ведут себя на свидании?

На что Патриция, не оборачиваясь, показала мне средний палец.

Официантка сочувственно опустила уголки губ, а я расхохотался. Кровь бурлила в моих венах. Впервые в жизни я чувствовал себя живым вне игрового клуба. Эта мысль должна была напугать, но я знал, что не способен на чувства, и поэтому разрешил себе насладиться эмоциями.

Мы не закончили, Кошечка. Номер я выведаю у Астрид.

Довольный, я выпил кофе и кинул на стол пару купюр.

Патриция Болдуин

Ночь с Джоном Голдманом доказала мне: секс не всегда что-то значит. Оказывается, удовольствие можно получить без всяких обязательств. Голдман стал моим вторым мужчиной, и я восприняла это… спокойно. Эмоциональной привязанности не случилось. Повторения не требовалось. Я не вспоминала о нем несколько месяцев, разрываясь между способами заработать и вариантами продвинуться в актерской сфере.

Но после неудачи с рекламой пудинга я оставила попытки пробиться в кино. Решение прийти на кастинг к Питерсу – спонтанное, отчаянное – привело меня в порноиндустрию. Тревога быть узнанной и опозоренной меркла перед перспективой заработать достаточно для того, чтобы мои родители могли вернуться, обзавестись жильем и ни в чем не нуждаться. Они пожертвовали собой ради меня, и меньшее, что я могла сделать, – это искупить вину деньгами. Я получила контракты с двумя порнорежиссерами и закрыла страницы в соцсетях. Конечно, мои фото, а теперь и видео оказались в интернете на сайтах с рейтингом восемнадцать плюс, но я каждый день молилась, чтобы родные их не увидели. По горлу поднялась желчь. Что я творю?.. Но в Луксоне маме и папе некогда заходить в интернет.