Я схватил меч, вырывая его из ее рук. Мне нужно было удержать ее внимание, ее гнев, направленный на меня. Если она набросится еще на кого-нибудь из них, мне придется убить всех ублюдков в этом сарае.

— Ты такая невероятно жестокая. — Я опустил подбородок и прошептал то, что, как я знал, гарантировало, что она не обратит внимания ни на кого другого. — Меня это все равно очень заводит.

Она вскрикнула, ударив меня локтем прямо в подбородок.

— Блять, — сказал я, смеясь, когда боль, которую я заслужил, прошла по моему позвоночнику. — Это не меняет того, что я только что сказал.

Поппи вихрем метнулась к двери.

Элайджа преградил ей путь, покачав головой и пробормотав что-то себе под нос.

Отступив назад, она повернулась налево, где стоял Киеран. Он медленно моргнул. Она развернулась и побежала.

Я поймал ее прежде, чем она успела сделать два шага, и закружил ее. Ее ноги спутались с моими, поставив нам подножки. Мы упали, она первая. Я вывернулся за секунду до этого, сильно ударившись спиной об пол.

— Не стоит благодарности, — прохрипел я.

Вскрикнув, как пещерная кошка, она ударила меня пяткой по голени. Боль прокатилась по ноге, вытесняя воздух из легких, она извивалась, упираясь в мои руки, и я боялся, что она причинит себе боль. Я отпустил ее достаточно сильно. Она повернулась в моих руках, обхватив меня.

Я усмехнулся.

— Мне нравится, к чему это привело.

Поппи с силой ударила меня по щеке, отчего моя голова упала на солому. Она снова занесла руку.

Я поймал ее за запястье и дернул вниз, чтобы она не смогла задействовать другую руку.

— Ты бьешь так сильно, будто злишься на меня.

Она сдвинулась, уперлась коленом мне между ног, и хотя я позволил ей нанести пару хороших ударов, это было чертовски плохо.

Я заблокировал ее бедром.

— Это бы нанесло ущерб.

— Хорошо, — сплюнула она, ее коса свисала через плечо, а прядь волос лежала у нее перед лицом.

Я бы убрал ее с глаз долой, но она, скорее всего, воспользуется этим моментом, чтобы выцарапать мне глаза или, что еще хуже, пойти за кем-нибудь другим.

— Сейчас, сейчас.

Я говорил все тише, зная, что только Киеран, возможно, находится достаточно близко, чтобы услышать.

— Ну-ну. Ты будешь расстроена, если я не смогу им потом воспользоваться.

Ее губы разошлись, и она уставилась на меня с недоверием в глазах.

— Да, я лучше отрежу его.

Я поднял голову от соломы и прошептал:

— Лгунья.

Возможно, я зашел слишком далеко, пытаясь удержать ее внимание на себе, потому что ярость, изливавшаяся из нее, напомнила мне звук, который она издала, когда повернулась к Мэзину.

Черт.

Такой гнев придавал человеку невероятную силу. Она отпрянула назад, разрывая мою хватку. Затем, вскочив на ноги, она подняла ногу. Я поймал ее прежде, чем она успела топнуть по моему горлу, и потянул ее за ногу вниз, чтобы она не убежала. Если бы она это сделала, то, скорее всего, вступила бы в бой с другим.

Поппи упала на пол рядом со мной, и не прошло и одного вдоха, как я почувствовал, что ее кулак ударил меня в бок с силой, достаточной для того, чтобы сломать ребра.

— Черт, — проворчал Киеран.

— Может, нам вмешаться? — Спросил Делано, когда она двинулась, чтобы ударить меня еще раз.

Я заслонил ее рукой.

— Нет.

Элайджа засмеялся. Вот ублюдок.

— Это лучшее, что я видел за последнее время. Кто бы мог подумать, что Дева способна на такое?

— Вот почему не стоит смешивать работу с удовольствием, — прокомментировал Киеран.

— Неужели?

Элайджа присвистнул. Я прекрасно знал, что он уже подозревает об этом, но он был ублюдком.

— Тогда я ставлю на нее.

— Предатели, — задыхаясь, проговорил я, отбивая руки Поппи в сторону, когда она начала хвататься за мою голову, пытаясь, вероятно, свернуть мне шею.

Честно говоря, я бы позволил ей, просто чтобы посмотреть, сможет ли она это сделать, но это должно было закончиться, пока она не причинила себе боль.

Или мне.

Я двигался быстрее, чем она могла представить, навалился на нее и повалил ее на спину. На этот раз она попыталась схватить меня за лицо. Я поймал ее за запястья.

— Прекрати.

Поппи не была готова остановиться.

Она приподняла бедра, пытаясь сбросить меня. Затем она стала толкаться верхней частью тела, но я держал ее прижатой и рассматривал переднюю часть ее рубашки. Материал был темным, но на талии он казался еще темнее.

— Слезь с меня! — Закричала она.

— Прекрати, — сказал я. — Поппи. Прекрати…

— Я ненавижу тебя!

Она вырвала одну руку, шокировав меня своей силой. Она была сильнее, чем я мог предположить. Затем она…

Ее кулак снова откинул мою голову назад. Жгучая боль пронеслась по моему рту.

— Я ненавижу тебя! — Крикнула она, когда я снова поймал ее руку.