Его смех был коротким и грубым. Сущность отступила, но прежде чем я успела оплакать ее потерю, член Эша глубоко вонзился в меня.

— О, боги, — вскрикнула я, чувствуя, как все мои крошечные мышцы сжимаются вокруг него.

Эш не был настроен на сладкие, нежные занятия любовью. Очевидно. Он трахал, и с тем, как он и его сущность держали меня, как пульсирующие пряди эфира двигали меня назад к нему, когда он входил в меня, он имел полный контроль. И это усиливало мою похоть до такой степени, что это было почти болезненно.

— Ты такая красивая, — прохрипел он. — Такая идеальная.

Моя голова откинулась ему на грудь, когда он покачивал меня.

Тонкий усик затанцевал по изгибу моей ягодицы. Мои глаза распахнулись.

Движения Эша замерли. Его взгляд в отражении поймал мой. Струйка энергии скользнула по тому месту, где мы были соединены, дразня пустое, чувствительное отверстие.

— Чего ты хочешь, мейя Лисса?

Я сразу поняла, что он хотел услышать от меня.

— Возьми меня, — прошептала я. — Возьми меня полностью, мой король.

Его смех был мрачно чувственным. Поток эфира пульсировал, а затем вошел в меня. Звук, который я издала, обжег мои щеки, когда давление наполнило меня до такой степени, что я почувствовала, что теряю всякий смысл. Напряжение сжалось так сильно, что был хороший шанс, что я кончу, если он хотя бы дернется.

Но он этого не сделал. Эш был совершенно неподвижен позади меня и во мне.

— Ты кое-что забыла, — упрекнул он.

— Что…? — Мои глаза сузились, когда я понял, что он имел в виду. — Как насчет того, чтобы трахнуть меня сейчас?

— Не это.

— Я знаю.

Усик слегка развернулся, вырывая рваное проклятие.

— Чего ты хочешь, мейя Лисса? — снова спросил он.

Я могла отказаться, и если бы я это сделала, я знала, что он все равно даст мне то, что я хочу, но он знал, что это не то, что мне нужно.

Я повернула голову к нему.

— Трахни меня. — Наши губы соприкоснулись. — Трахни меня спереди и сзади, Эш.

Он простонал.

— Как пожелаешь.

И он сделал это. Его бедра и сущность двигались в идеальном ритме. Удовольствие было всепоглощающим, почти слишком большим, и я напрягалась и извивалась в его хватке, когда завитки напряжения быстро нарастали. Эш глубоко и сильно толкался, крепко держа меня, пока я прижималась к нему. Спираль глубоко внутри меня вращалась и вращалась, пока я не думала, что смогу выдержать больше. Все мое тело было слишком чувствительным. Я была слишком полна.

Рука на моем горле откинула мою голову назад.

— Я люблю тебя, — прошептал Эш мне в губы, целуя меня.

Эти три слова отправили меня за край. Кульминация захватила меня, пронеслась сквозь меня в бьющихся волнах экстаза. Мои крики затерялись в стоне Эша, когда он нашел свое освобождение.

Я не знала, как долго мы оставались в таком положении, поскольку приятные толчки пронзали нас обоих, но к тому времени, как он отстранился от меня и поставил меня на ноги, мои колени все еще были немного слабы.

Он поцеловал меня в висок.

— Оставайся там.

— Да, сэр, — пробормотал я.

Он бросил на меня быструю ухмылку, затем нашел мочалку и намочил ее. Вернувшись и встав позади меня, он поцеловал уголок моих губ, нежно проводя мочалкой между моих бедер. Процесс очищения был таким сладким, что я подумала, что сейчас заплачу. Серьезно. Слезы заполнили мое горло, и я закатила глаза. Я понятия не имела, почему я так эмоциональна. Я собиралась обвинить в этом пост-оргазмическое блаженство.

— Возвращаешься в постель? — спросил Эш, бросая мочалку в корзину.

Я кивнула.

— Через минуту.

— Не задерживайся слишком долго. — Его губы коснулись моего лба. — Ты и так достаточно долго не давала мне спать.

— Я? — рассмеялась я, когда он отошел. — Я тут занималась своими делами, спасибо большое.

— Да, ты занималась своими делами, разгуливая голышом. — Он открыл дверь, оглядываясь на меня через плечо. Прядь волос упала ему на лицо. — Будучи мокрой как грех.

У меня отвисла челюсть.

— А что мне еще оставалось делать? — спросил он, и уголок его губ изогнулся вверх.

Я захлопнула рот, а глаза сузились. Он усмехнулся, отворачиваясь.

— Знаешь, — сказала я, — неуместно указывать на такие вещи.

— Можно было бы подумать, что иметь такую голодную киску тоже неуместно, — ответил он.

Из моих губ вырвался шокированный смешок.

— Непослушный Эш.

— Скорее непослушная киска.

— О, боги мои. — Я ударила себя ладонями по лицу. — Думаю, теперь нам можно перестать говорить — киска.

Эш усмехнулся.

— Я буду ждать тебя.

Я покачала головой, когда он закрыл дверь, хотя мне безумно нравилась эта его грязная сторона. Я вспомнила, что мы только что сделали. Мне действительно нравилась его более грязная сторона.