— Да, поздно, и ты это знаешь. Какая-то часть тебя всегда это знала, — сказал он, и мое сердце упало. Его голос понизился. — Судьба всегда находит способ, Серафина.

Я разразилась резким, клокочущим смехом.

— Да, потому что судьба постоянно все портит.

Айдун вскинул бровь.

— Ладно. Мне не хватает кое-какой важной информации, — начал Аттес. — Честно говоря, сейчас мне наплевать. У Эйтоса были свои планы. Они сложились не совсем так, как он планировал, но Колис был замурован. С ним разобрались. Сотория — это Сотория. Сера есть Сера. Это старая новость, и все, чего я хочу, — это чтобы Сотория была свободна. — На последнем слове его голос слегка надломился. — Чтобы она выбрала мир или жила нормальной жизнью. — Он двинулся к Древнему. — И не смей, мать твою, отказывать ей в этом.

— Нормальная жизнь? — повторил Айдун. — Сотория никогда не жила нормальной жизнью.

— Да, благодаря Колису, — огрызнулась я. — А вы все лезете в ее жизнь.

— Ты не так поняла, Серафина. — Он с любопытством посмотрел на меня. — Ты никогда не задумывалась, почему Сотория?

— Конечно, я задавалась этим вопросом, — сказала я, изо всех сил стараясь не выдать своей сущности.

— Не зря Колис так тянулся к ней. Ее родословная очень древняя, и ей удалось сохранить в себе достаточно сущности, сколько бы поколений ни прошло. — Айдун натянуто улыбнулся Аттесу. — По той же причине ты и сам оказался притянут к ней.

— Какого черта? — прохрипел Аттес.

— Сотория — прямой потомок первого смертного, созданного кровью Эйтоса, и первого дракена, — сказал Айдун. — И я не имею в виду, что все смертные происходят от первого. Эйтос создал не одного смертного.

— Очевидно, — проворчал Эш.

— Он создал нескольких, но она произошла от первого, который также родил первых смертных детей — сына, дочь, а затем и второго.

Я напряглась.

— Сотория происходит непосредственно от той второй дочери, рожденной в саване. Избранная еще до того, как Колис впервые увидел ее собирающей цветы на свадьбу своей сестры, как и все вторые дочери ее рода впоследствии. — Айдун наклонил голову. — До тебя.

Мой рот раскрылся, а голова Эша дернулась в мою сторону.

— Ты не можешь говорить то, что я думаю.

— Что вы с Соторией одной крови? Да. Именно это я и говорю. Сотория никогда не перерождалась ни в кого случайно. Она всегда перерождалась в роду Миерель, — сказал он нам так, словно мы всегда должны были это знать.

И правда, теперь, услышав это, мы должны были догадаться, особенно после того, как Келла рассказала мне, что Эйтос ответил на вызов Родерика Миереля не случайно.

— И вот тут-то твой отец, — он сделал паузу, чтобы посмотреть на Эша, — совершил свою ошибку.

— Он попросил первую дочь, — пробормотал Эш, разводя руки в стороны.

— Эйтос был гениален. Он знал, от кого произошла Сотория. Он догадывался, кем она однажды станет, но по какой-то совершенно умопомрачительной причине они с Келлой считали, что возрождение ее души в первой дочери — ключ ко всему. — Айдун закатил глаза, и, о боже, это было странное зрелище, учитывая эти глаза-калейдоскопы. — Вот почему она не возродилась. Честно говоря, я удивлен, что Эйтос не проклял все королевства из-за этой глупости. Ты была первой дочерью, тебе не суждено было носить в себе много сущности, не говоря уже об эмбрионах жизни. Ты должна была умереть.

Из горла Эша вырвалось рычание.

— Что ты только что сказал?

— Это не было угрозой, — спокойно ответил Айдун. — Просто констатация факта. Первые сыновья и дочери никогда не должны иметь большого значения в великой схеме вещей. Вот почему меня всегда забавляет, что смертные придают такое большое значение первенцам. — Он пожал плечами. — Но каким-то образом твоя маленькая упорная сущность выжила, и вот мы здесь.

Мы все трое уставились на него, и по какой-то идиотской причине я вымолвила следующее, что пришло мне в голову.

— Я действительно родственница этого ублюдка Каллума?

Айдун нахмурился.

— Отдаленно родственница, но да.

Моя верхняя губа скривилась.

— Фу.

— Каким бы тревожным ни было это осознание, — сказал Эш через мгновение, отводя взгляд от меня, чтобы сосредоточиться на Судьбе, — и каким бы интересным ни был этот небольшой урок истории, это не меняет того, зачем мы тебя вызвали. Нам нужна Звезда.

— Спасибо, что нашел мой урок истории интересным, — ответил Айдун. — Но, как я уже сказал, слишком поздно.

— Нет, не поздно, — прорычала я. — Все, что тебе нужно сделать, это пойти и забрать ее оттуда, где его спрятал один из твоих придурков.

Айдун подмигнул мне.

— Слушай, тебе удалось предотвратить полномасштабную войну между Первозданными. Едва ли, — добавил он. — Погибло много богов и Первозданных, но настоящая война длилась бы годами, а то и десятилетиями. Так что поздравляю.