— И ты, — Древний повернулся к Колису. — Использовать сущность против нее таким образом — неподобающе для того, кто называет себя Королем.

— Я не причинил ей вреда, — Колис откинул льняную голову назад, и клубящиеся красные тени исчезли из его плоти. Он начал отступать назад к помосту. — Я не нарушил никаких правил.

— Подождите, — я напряглась. — Что ты?..

— Истинный Первозданный Смерти может искоренить в человеке его травму и страх, отправив его в тот момент, — ответил Айдун, прежде чем вадентия успела ответить. То, о чем он говорил, было похоже на то, что может делать онейру — если только онейру манипулирует негативными эмоциями и создает кошмары. — Это сихкик — уникальная способность, связанная с Первозданными. И эта способность предназначена только для тех, кто приговорен к Бездне.

Мои губы разошлись в быстром вдохе, когда я оглянулась на Колиса. Он пересек помост. Он…

Он не мог сделать этого раньше. У меня покалывало в затылке, когда Колис садился на свой трон. Когда Колис украл угли, он нарушил равновесие. А когда украденные им угли угасли, даже Колис ослабел. Но мое Вознесение восстановило угли жизни и равновесие.

И оно восстановит — или уже восстановило — силы Первозданных, в том числе и Колиса, хотя в нем осталось всего несколько угольков смерти после того, как он совершил перенос. Оставшиеся угольки были в Эше.

А это означало лишь то, что Колис стал еще могущественнее.

Это должно вызывать наибольшее беспокойство. Так оно и было, но на первый план выходил тот факт, что он использовал эту способность на мне. Ярость нарастала, стирая остатки страха и паники.

— О чем ты меня спрашивал? — сказала я. — Минуту назад.

Колис сдвинулся, еще шире раскинувшись на троне.

— Я спросил, не напугал ли я тебя.

Сдерживая ярость, я улыбнулась.

— Ты мне противен.

Плоть на его челюсти и щеке истончилась. Вновь появились пунцовые полосы.

Я еще не закончила.

— Так же, как ты всегда вызывал отвращение у Сотории.

Волны красных теней в его плоти затихли. Прошло несколько секунд, пока взгляд лжекороля удерживал мой, а багровый цвет исчезал из его плоти.

— Я бы посоветовал тебе использовать это время с умом, Серафина.

Затем, не сказав больше ни слова, Колис исчез с трона.

Древний шел тихо, когда мы вышли из атриума в пустой коридор. Я чувствовала себя так, словно только что закончила бег по нескольким лестничным пролетам — настолько слабыми были мои колени, когда мы достигли арки.

— Серафина.

Я должна была продолжать идти, пока мое имя эхом разносилось по коридору.

Но я этого не сделала.

— Ты должна была принять то, что предложил Колис, — сказал Каллум. — Это было более чем любезно с его стороны.

Сухой, резкий смешок сорвался с моих губ. Да, Колис был воплощением щедрости.

— Если ты такая мудрая, какой себя считаешь, ты примешь это предложение.

Этого не произойдет, и Каллум, вероятно, мог это понять.

Наступила минута молчания:

— Моя сестра не принадлежит тебе.

— Она не принадлежит и Колису, — я перестала контролировать себя, так как чудовищная часть меня захватила контроль. Потянувшись за спину, я схватилась за рукоять кинжала и крутанулась. Лезвие покинуло мою руку с потрясающей скоростью. — Ты больной ублюдок.

Кинжал вонзился Каллуму в центр лба, отбросив его назад. Он упал на пол, мертвый уже второй раз за сегодняшний день.

— Это было необходимо? — спросил Древний.

— Всегда.

Вместо ответа Айдун взял меня за руку. Вдруг нас окружил клубящийся туман, и он тенью метнулся под полог золотых деревьев.

— Боги, — прошептала я, голова словно закружилась. — Разве я не говорила тебе, что в следующий раз буду благодарна за предупреждение?

— Я забыл, — ответил он. — Хочешь знать, как, по-моему, прошла встреча?

Резко выдохнув, я повернулась к нему. Луч солнечного света прошелся по его лицу.

— Не особенно.

Мой ответ его не впечатлил.

— Думаю, все прошло, как и ожидалось.

— Что именно прошло как ожидалось? Он предложил сделку? Мне пришлось придумывать ее на месте, хотя меня должны были предупредить об этом еще до того, как мы сюда прибыли? — спросила я, моя досада почти закипала. — Или он воспользовался тем, что сделал, чтобы… — я прервала себя и отвела взгляд, поджав губы.

— Я не был уверен, что он попытается заключить сделку, — заявил Айдун. — Но даже если бы я был уверен, предупреждать тебя о такой возможности было бы несправедливо.

Мне пришлось сделать целый шаг назад, прежде чем я совершила нечто достойное сожаления.

— Ты знаешь, что несправедливо? Каким бы ни было твое представление о балансе и справедливости. Потому что всем, кроме Древних, кажется, что к Колису это не относится.

— Это не так.