Я едва не выплевываю воду.

— Я думала, он гей.

— Би, — уточняет она. — Я следила за его соцсетями.

Я тихо усмехаюсь. Мне нравится Пейдж. Она не училась со мной в одной школе, а значит, не знает ничего о моей семье и о том, что я потеряла маму несколько лет назад. Она всегда была доброжелательной, и я начала получать удовольствие от того, что могу перекинуться парой фраз с девушкой, которая мне не родственница.

Я бросаю бутылку обратно в сумку и натягиваю свитер поверх трико.

— У тебя слишком много свободного времени.

— Это правда. — Она ухмыляется, а потом ее взгляд опускается к тому месту, где я расстегиваю серебристые каблуки на ногах. — Я вообще не понимаю, как ты умудряешься не просто носить это, а еще и танцевать.

Я шевелю пальцами и наслаждаюсь ощущением свободы, убирая злополучные каблуки в сумку.

— Годы практики. И еще чистейший страх сломать себе лодыжку. — Я улыбаюсь. — Работает на ура.

— Ну, ты, похоже, начинаешь справляться с этой рутиной все лучше. — Она вздыхает и вытягивает ноги. — А я, между прочим, уверена, что она тайком пытается меня убить.

— Тогда достань свою внутреннюю зомби, — хихикаю я. — Со стонами ты уже отлично справляешься.

Она хмурится и шутливо бьет меня по руке, потом ее взгляд скользит мне за плечо, и она выпрямляется.

— О, смотри, новые соседи, — говорит она, кивая в сторону окна.

Я поворачиваюсь, чтобы увидеть, на что она смотрит, и, конечно же, снаружи стоит грузовик U-Haul, а парни передают друг другу коробки. Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Похоже, Бернади не шутил, когда говорил, что собирается использовать пространство наверху под офис.

— Подожди… — Пейдж кладет ладонь мне на руку. — Они поднимают туда… кровать…

Что? Я резко разворачиваюсь, чтобы убедиться, что мужчины действительно тащат наверх кровать. И вешалку для одежды. И несколько коробок, на которых размашисто написано «кухня» и «ванная».

— Я думала, что это помещение наверху только для офиса, — говорит Пейдж, вслушиваясь в приглушенные мужские голоса.

— Да. — Я вспоминаю последний раз, когда была там вместе с Федом. Это было пустое, голое помещение, совсем не похожее на квартиру. — Я тоже.

— Думаешь, это как-то связано с тем барбершопом? — спрашивает Пейдж.

У меня сжимается грудь, и сердце уходит куда-то вниз. Барбершоп Бернади. Да, я так думаю. Тем более что именно наверху Бернади собирается обосноваться, с единственной целью, стать главным раздражителем в моей жизни.

— Возможно, — отвечаю я.

Пейдж поднимается на ноги.

— Может, позже выберусь в город. Моя подруга только начала работать в одном классном баре. Хочешь со мной?

Она отворачивается, чтобы поднять свою сумку, а я таращусь ей в спину, широко раскрыв глаза. Мне требуется пара секунд, чтобы осознать, что меня только что пригласили на что-то, что не является ни свадьбой, ни похоронами, ни семейным сборищем. Приглашение оказалось такой неожиданностью, что первая реакция — отказать. Я прикусываю губу.

— Я бы с удовольствием, но я обещала провести время с тетей. Может, в следующий раз.

Она вздыхает и пожимает плечами.

— Да, ладно. Мне нужно бежать. Увидимся через пару дней?

— Обязательно. Спокойной ночи, Пейдж.

Когда я смотрю ей вслед, внутри что-то болезненно скручивается, вызывая странное чувство тошноты. Мне бы действительно хотелось сходить куда-то с подругой, но дружбы для меня никогда не бывают долгими. На самом деле, в моем опыте они оставляют после себя только шрамы.

Те «друзья», что были у меня в школе, отвернулись от меня в тот же момент, когда я потеряла маму и стала «другой». А тот «друг», на которого я потом решилась опереться, забрал мою девственность, а потом исчез, будто его никогда не было. «Друзья» всегда обжигали меня, и я больше не собираюсь испытывать судьбу.

С этой мыслью я заканчиваю собирать сумку и тихо ухожу.

* * *

Я жду за углом, пока грузовик с вещами не скрывается за поворотом, и улица не погружается в тишину, нарушаемую лишь откровенно навязчивым присутствием черных машин с безликими водителями, выстроившихся вдоль одной стороны. Я иду обратно к студии. Я пыталась прогнать эту мысль, но какая-то необъяснимая потребность узнать, действительно ли и почему Бенито Бернади переехал в офис наверху, толкает меня вперед.

Он же сказал, что это будет только офис. Там действительно есть туалет, и это объяснило бы коробку с вещами для ванной. И, возможно, ему нужны несколько тарелок и кружек для обедов и кофе в течение дня, так что вещи с надписью «кухня» тоже можно понять. Но вешалка для одежды? Кровать?