— Зачем тут два компьютера? — полюбопытствовала Кэтрин, разблокировав один из экранов. Другой был не подключён к сети.

— Роберт предпочитал разграничивать обе сферы своей жизни. На одном работал, второй использовал для личных нужд, — охотно пояснил Тёрнер.

— Я так понимаю, в моем распоряжении только рабочий?

— Тебя интересуют его электронные переписки и истории запросов в браузере? — вопросом на вопрос ответил Клэй.

— Почему нет? Это помогло бы мне составить более объёмное и четкое представление о его характере и интересах.

Тёрнер склонил голову к плечу и задумчиво потер гладко выбритый подбородок.

— Есть такое известное высказывание: «Если хочешь понять художника, смотри на его картину», — туманно произнес Клэй. — В нашем случае: «Хочешь понять автора, читай его книги».

Кэйт нахмурилась, не до конца понимая, что он имеет в виду, и стоит ли серьёзно относиться к его словам. Если да, то Тёрнер — сумасшедший.

— Я прочитала все книги Миллера и не по одному разу, но все мои выводы о личности автора оказались ошибочны, — вскинув голову, с вызовом бросила Кэтрин.

— Ты смотрела на сюжеты в целом, не обращая внимания на детали. Любой писатель вкладывает в тексты частичку себя.

— Само собой, но…, — попыталась возразить Кэйт, но Тёрнер ее бестактно перебил:

— Надо просто понять, что искать.

— И как я должна это понять? — начала раздражаться Кэтрин.

— Когда тебе станут известны подробные факты его биографии, процесс распознавания запустится сам.

— Ладно, оставим пока этот вопрос, — Кэйт взяла чистый блокнот и ручку, приготовившись записывать.

— Удобнее использовать диктофон, — наблюдая за ее действиями, посоветовал Тёрнер.

— Он понадобится, когда мы вернемся к фактам биографии, а сейчас я хочу прояснить другие немаловажные нюансы.

— Окей. Валяй, — кивнул Клэй.

— Я правильно понимаю, что повествование будет вестись от первого лица?

— От лица Роберта, — поправил Тёрнер.

— Но я — женщина, — Кэйт подняла голову и выразительно взглянула на собеседника.

— Я заметил, — усмехнулся он, мазнув взглядом по ее груди.

Она недовольно нахмурилась, всем видом давая понять, что настроена на серьёзный конструктивный диалог, а не на обмен скабрёзными шуточками.

— На этот счет не беспокойся. Я отредактирую недостаточно брутальные фразы, — Тёрнер продолжал забавляться, а Кэйт раздражалась всё сильнее.

— В таком случае почему бы тебе самому не написать биографию человека, которого ты знаешь гораздо дольше, чем я?

— Потому что ты справишься с этим лучше, — уверенно заявил Клэйтон.

— А если нет? — усомнилась Кэйт. Причин для колебаний у нее накопилось более чем достаточно.

— Давай не будем гадать, а займемся делом, — бескомпромиссно отрезал Тёрнер.

Кэтрин отбросила лишние мысли и постаралась настроиться на рабочий лад. Включить въедливого аналитика не составило большого труда. Быстрота мышления и незаурядный склад ума не раз помогали Кэйт справляться с усердно подбрасываемыми Горгоной хитроумными задачками. Она решила воспользоваться наработанными методиками и не прогадала. Процесс сдвинулся с мертвой точки.

Кэйт выстроила сначала в голове, а потом на бумаге предварительный план черновой версии, попутно обсуждая уместность каждого пункта с вальяжно развалившимся в кресле Тёрнером. Он пил кофе, курил, внимательно слушал и соглашался со всеми ее предложениями.

В окно барабанил дождь, в воздухе клубился сигаретный дым, но едкий запах ее не смущал, она его попросту не замечала. Охваченная энтузиазмом Кэйт перенесла одобренный план в открытый файл на компьютере, коротко поясняя, какие данные потребуются от Клэйтона. Он согласно кивал, отвечал скупо и односложно, не демонстрируя особой вовлеченности. Кэтрин внутренне раздражалась, но держала эмоции при себе, объясняя его показную незаинтересованность спецификой характера.

— Итак, начнем с семьи, — закончив с планом, Кэйт вернулась к первому пункту и, взглянув на скучающую физиономию Тёрнера, включила диктофон. — Роберт родился в этих местах?

— Да, но территориальную привязку желательно исключить, — Тёрнер снова затянулся и, прищурившись от едкого дыма, отъехал вместе с креслом к окну, и распахнул его настежь, впуская в кабинет шёпот дождя и густой запах мокрой травы. — Пусть немного проветрится, — пояснил он свои действия. — Скажешь, если станет холодно, я закрою.

— Не волнуйся, не замёрзну, — Кэйт равнодушно повела плечами и просунула руки в рукава его пиджака, который так не вернула хозяину. — Но, если не сложно, кури, пожалуйста, в окно, — попросила она.

— Без проблем. Могла бы сразу сказать, — Тёрнер развернулся так, что теперь ей были видны только его обтянутые черной рубашкой плечи и темноволосый затылок.