— Одно то, что ты произносишь его имя, сводит меня с ума. Зачем, Эм? Зачем тянуть меня за собой, если ты хотела его? Ты получала какое-то извращенное удовольствие, трахаясь со своим студентом, пока пыталась заманить в постель еще и декана? В этом был твой главный приз? Или я был для тебя просто вызовом, и теперь ты перешла к следующей цели? Объясни мне это, черт возьми, потому что те причины, которые приходят мне на ум, не рисуют, сука, радужную картину, профессор, – выплескивает он, полный ярости и ненависти.

Не знаю, что сбивает меня с толку больше – то, что Кольт так легко сделал вывод, будто я сплю с Монтгомери, или то, что он выглядит так, будто его мир только что рухнул из-за этого.

— Ты расстроен. Слишком расстроен, чтобы слушать доводы и мыслить здраво. Иди домой, Кольт. Пока не сказал того, о чем мы оба пожалеем.

Он отстраняется, окидывая меня таким холодным взглядом, что у меня по спине пробегают мурашки.

— Поздно. Я уже чертовски жалею, что вообще обратил на тебя внимание.

— Кольт…

— Прощайте, профессор. Желаю вам чертовски потрясающей жизни.

Он разворачивается и оставляет меня стоять там с разинутым ртом и колотящимся сердцем. Мне требуется собрать все свои силы, чтобы вернуться в кафе и снова встретиться с Монтгомери.

— Чувствуете себя лучше? – притворно-озабоченно спрашивает он, как только я сажусь за стол.

— Намного. Спасибо.

— Уверены? Вы все еще выглядите раскрасневшейся.

— Все в порядке, – бросаю я с усмешкой, но тут же беру себя в руки и отвечаю натянутой улыбкой.

— Что ж, раз вы уверены. Может, закажем что-нибудь? – добавляет он, щелкая пальцами в сторону официанта за стойкой.

— Нет. Думаю, на сегодня лучше закончить и пойти домой.

— О? – его глаза оживляются от намека, который он уловил в моих словах.

— Я имела в виду, что мне следует пойти домой. Одной.

— Понятно. Признаю, я подумал иначе. Я полагал, мы достигли той стадии в наших отношениях, когда вы наконец пригласите меня к себе и мы узнаем друг друга… на другом уровне.

«Никаких отношений между нами нет», – кипячусь я про себя, но крепко сжимаю губы. В его самовлюбленном сознании он думает, что раз это наше третье свидание, то секс ему гарантирован.

Этого никогда не произойдет.

— Я пришла сегодня только для того, чтобы лично сказать вам: я считаю, что нам следует полностью прекратить эти встречи.

— Я чем-то вас обидел?

— Нет, ничего подобного. Просто я думаю, что нам лучше общаться в профессиональной среде – как коллегам. И ничего больше.

— Как разочаровывающе. А я думал, между нами возникла настоящая связь.

Единственная связь между нами была в том, что ты хотел переспать со мной, а я – выяснить, не имеешь ли ты какого-то отношения к Обществу. Как только ты сказал, что персона нон грата для Ричфилдов, я поняла, что это невозможно.

— Но я уважаю ваше желание, – он напряженно улыбается.

Словно у тебя есть выбор.

— Надеюсь, по крайней мере, мы сможем остаться друзьями, а не просто коллегами.

— Разумеется, – снова отвечаю я холодной улыбкой. — А теперь, если вы позволите, мне пора. Из-за рождественских каникул скопилось много работ, которые нужно проверить.

— Не мне мешать вам исполнять ваши рабочие обязанности. Позвольте проводить вас до машины.

Мы одновременно встаем и выходим на улицу. К счастью, я смогла припарковаться всего в нескольких метрах от кафе, так что путь недолгий.

— Мне будет не хватать наших скромных встреч, Эмма. Если передумаете – позвоните, – он наклоняется и оставляет влажный поцелуй на моей щеке, слишком близко к губам, чтобы это можно было счесть невинной ошибкой.

Поскольку я уже почти свободна, решаю не ругать его за нежеланный поцелуй. Но когда сажусь за руль, в зеркале заднего вида вижу пронзительные светло-изумрудные глаза, чью красоту омрачает абсолютное страдание, – и мое сердце разбивается на тысячи осколков.

***

Вернувшись домой, я пытаюсь занять голову чем угодно, лишь бы не думать о том, в каких отношениях мы остались с Кольтом. Не в силах сосредоточиться на работе, я с трудом устанавливаю жалкую елочку в углу гостиной и мысленно хвалю себя за то, что в этом году успела до Сочельника. Пеку имбирное печенье, чтобы усилить рождественское настроение, которое должно меня отвлечь, и в итоге съедаю всю партию на ужин, в прикуску с пинтой ванильного мороженого от Ben and Jerry’s. Покупаю онлайн платье на Новый год – чудовищная ошибка, потому что начинаю переживать, стоит ли вообще идти на вечеринку Ричфилдов, зная, что там будет Кольт.

Стоит ли говорить, что, когда я наконец заползаю в холодную постель, мне откровенно тоскливо. Я смотрю на пустую подушку рядом, где последние две ночи лежал Кольт, и мое сердце начинает болеть еще сильнее. Как ему удалось так быстро проникнуть под мою кожу – за гранью моего понимания, но даже если я не могу осознать, как он бесцеремонно пробрался в мое сердце, это не меняет того факта, что теперь он там. Время, проведенное с ним в этом месяце, стало ярчайшим моментом за все мое пребывание в Эшвилле.

Нет. Это ложь.