Надеюсь, он достаточно трезв, чтобы вовремя затормозить. Я дергаю руль "Тахо" и паркуюсь поперек гравийной дороги, не давая Мейсону объехать меня. По обеим сторонам густой лес, и обочины практически нет. Это хорошее место, чтобы перегородить ему дорогу.

Грузовик Мейсона останавливается, а его руки взмывают в воздух. Он в ярости распахивает дверь со стороны водителя. Я мысленно считаю до пяти, делаю глубокий вдох и открываю свою дверь. Машина разделяет нас, но это ненадолго. Этот тип на взводе...

Но он понятия не имеет, с кем ему придётся иметь дело.

Ко мне приближается Мейсон, его рубашка расстегнута примерно на половину. –

Что, блядь, с тобой не так? Ты не можешь просто перегородить дорогу. Убери машину своей мамаши отсюда.

— Прости, мужик, — говорю я, вылезая из машины и пожимая плечами. — Проблемы с машиной.

Мейсон смотрит на меня несколько секунд, его глаза сужаются.

— С трудом верится, когда я только что видел, как ты парковался тут. И знаешь что? Я никогда не видел тебя здесь раньше. Ты не живешь в этом районе, и вообще это тупик. Так какого черта ты делаешь?

— Оу, — я оглядываюсь вокруг, хмурясь. — Похоже, я немного заблудился.

Мейсон задерживается на месте, изучая меня. Его глаза налиты кровью, и от него несет перегаром.

— Ты был с Лидией, не так ли?

Ничего себе, какие выводы.

— С кем, прости? Ты в порядке? — Я почти смеюсь, его лицо покраснело.

— Кто ты, черт возьми, такой? — Он делает шаг вперед, приближаясь к границе моего личного пространства. — Ее любовник?

Ну все, вот теперь я смеюсь.

— Что, блядь, смешного? — рычит он, набрасываясь на меня точно так же, как на Лидию. Мейсон не слишком проворен, учитывая выпивку и усталость. Я пригибаюсь и приподнимаю приклад своего пистолета, попадая ему прямо в нерв на затылке. Его тело замирает, я ловлю его, распахиваю заднее сиденье и запихиваю внутрь.

Он не будет долго в отключке, поэтому я быстро связываю его запястья и лодыжки, а затем захлопываю дверь. Теперь мне нужно избавиться от грузовика неудачника.

Ну и заноза в заднице.

Я выдыхаю и направляюсь к машине Мейсона. Внутри воняет сигаретным дымом, и один лишь взгляд на салон говорит о том, что он пил... много. На полу валяются мятые банки из-под пива, а в подстаканнике — открытая.

— Это уже слишком, Мейсон, — бормочу я, захлопывая дверь со стороны водителя. У меня есть два варианта с этим грузовиком. Я могу рискнуть и поехать через дом Лидии к тому заброшенному трейлеру... Или я рискну поехать искать место, где его можно припрятать, пока не вызову бригаду, которая сделает за меня грязную работу.

Я провожу языком по нижней губе. Неважно. Я вижу третий вариант. Вдоль обочины нет забора, только кустарник. Это не самое лучшее решение, но я жму на газ и направляю грузовик через него. Это может оставить улики, которые будут не в нашу пользу, но...

Все будет в порядке. Бывало и хуже.

Я переключаюсь на полный привод и мчусь вглубь леса, стараясь не разбить радиатор или что-нибудь еще в этом роде. Я все равно об этом узнаю, но сначала наслажусь всем этим. Когда убеждаюсь, что нахожусь достаточно глубоко, чтобы не привлекать внимания, глушу двигатель. Я приглашу бригаду сюда на ночь.

Лишь бы Лидия снова не отказала мне.

Проклятье. Это может все усложнить. Я не стал долго раздумывать, выскользнул и направился обратно к дороге. Я не продумал все до конца, когда оставил "Тахо" припаркованным у дороги. Если Лидия решит уехать, это может стать проблемой.

Но как только я выхожу из густого леса, дорога становится свободной. Я возвращаюсь к своему авто из проката, останавливаясь, чтобы посмотреть, как выглядит вход. Одобрительно киваю себе. Вот и все. И не скажешь, что в лес что-то въехало. Стебли на деревьях поднялись обратно в тех местах, где я их подрезал.

Теперь надо разобраться с этим придурком.

Ярость и возбуждение захлестывают меня, когда я забираюсь на водительское сиденье и оглядываюсь на Мейсона. Он все еще в отключке, что очень мне на руку. Не хотелось бы слушать, что он говорит, пока я его перевожу. Проезжаю мимо дома Лидии, и на этот раз меня ничего не беспокоит. Самое сложное уже сделано.

Опускаю взгляд на часы.

Осталось пятьдесят пять минут.

Вот тебе и веселье. Я сворачиваю на заросшую травой дорогу и возвращаюсь к трейлеру, припаркованному прямо у входа.

Ну, вот и все.

Спустя десять минут он уже привязан к стулу посреди заброшенной кухни. Для меня большая удача, что старушка оставила свою мебель. Кажется, что здесь все так и должно быть, все встало на свои места, подобно судьбе.

Если вы верите в такое понятие.