Не дожидаясь ответа, который меня не удовлетворит, я пишу ещё одно сообщение в надежде, что оно подействует и поможет ему свыкнуться с мыслью, что я уже не прежняя Адриана, а значит, не побегу обратно по первому зову и останусь тут.

Я: Позволь мне дышать. И спасибо за всё. Я люблю тебя, папочка.

Ни точек, ни сообщений нет.

Заблокировав телефон, подхожу к покрывалу на полу и поднимаю его, чтобы укрыть Алессио. Я бросаю взгляд на его тело, отчего в животе просыпаются бабочки, а затем отхожу, давая возможность поспать. Сама же аккуратно, стараясь не шуметь, слегка привожу комнату в порядок и отправляюсь найти Энцо, чтобы сообщить о решении остаться сегодня здесь.

Я обнаруживаю своего телохранителя на улице, сидящим на лестнице. Как только дверь открывается, он вскакивает с места, пряча за спину дымящуюся сигарету.

– Ты взрослый мужчина, Энцо, в отцы мне годишься, а прячешь сигарету при виде меня? – я встаю у порога и скрещиваю руки на груди.

На улице уже темнеет и довольно прохладно, ветрено, возможно, пойдёт дождь.

– Это невежливо, – бубнит он себе под нос, избегая моего взгляда.

– Невежливо что? Курить?

– Делать это при женщинах и молодых девушках.

– Брось это. Мы же не в Средневековье живём, – я улыбаюсь ему, когда он смотрит на меня, шевеля своими усами. – Ты бы мог предложить мне покурить, как современный мужчина.

Его глаза полезли на лоб от моих слов. Слишком умилительно видеть подобное выражение лица у мужчины с уже седеющими волосами и такими же усами. Шок на его лице сохраняется до тех пор, пока я не начинаю смеяться. Энцо заметно расслабляется, и уголок его рта слегка приподнимается, одаривая меня чем-то наподобие улыбки.

– Мы сегодня останемся здесь, – говорю я, заправляя волосы за ухо. – Папа в курсе.

– Знаю, он уже сообщил мне, – отвечает телохранитель, явно недовольный. – Я буду в машине, если понадоблюсь. Только дайте мне знать.

– Рядом с Алессио я в безопасности, Энцо, – уверяю его, обозначив свою позицию по этому вопросу, а также давая понять, что мне ничего не угрожает здесь. – Ты можешь занять одну из комнат и поужинать с нами.

– Спасибо, не стоит. Я переночую в машине, – Энцо спускается по ступенькам, погасив окурок.

Я возвращаюсь в дом и иду на кухню, чтобы проверить, есть ли какие-нибудь запасы еды, но замечаю свет в дальнем углу коридора, напротив комнаты, в которой мы с Алессио были. Я иду туда и заглядываю внутрь ещё одной спальни.

Это детская, посреди которой стоит Алессио, одетый в джинсы и футболку. Странно видеть его в окружении такой цветовой гаммы – с другой стороны, в этом есть что-то милое. Вся комната выкрашена в синий. На стенах – рисунки ракеты и всех планет. Потолок выполнен в виде звёздного неба. Приклеенные звёзды светятся приглушённым жёлтым цветом, почти как настоящие. По всему полу, покрытому ковролином синего оттенка, разбросаны игрушки и кубики. В углу стоит кровать в виде ракеты, и такой же светильник рядом. А письменный стол набит книгами и макетами планет.

– Когда мне было лет пять, я был помешан на астрономии и планетологии, – говорит Алессио, даже не повернувшись ко мне. – Они перекрасили мою комнату и превратили её в космос, потому что я проснулся в один день и рассказал про сон, в котором стал космонавтом и полетел на Луну. После этого я как одержимый стал смотреть фильмы и мультики на эту тему и просто влюбился в звёздный мир.

Я подхожу к Алессио, чтобы обнять. Мои руки обвивают его талию и протягиваются к его груди, а голова ложится ему на спину. Мы стоим так, пока он рассказывает свою историю, а я молча слушаю.

– Мама нарисовала всё, пока мы с папой собирали мебель и эти макеты по деталям, – его голос звучит отдалённо, словно он находится не здесь, а где-то в своих воспоминаниях. – Я был так счастлив. Все мы.

Я целую его спину сквозь футболку.

– Как я мог забыть всё это? Почему мой мозг решил, что всё это неважно, хотя это было самым необходимым для меня с момента, как он исчез из моей жизни?

– Ты не должен винить себя в этом, Алессио, – я отпускаю его и обхожу, чтобы встать напротив и посмотреть в бездонные глаза. – Это защитный механизм, не более. Мы так устроены, что в сложных ситуациях наш организм блокирует всё плохое, чтобы обезопасить себя и нашу психику. Но наши воспоминания с нами, они просто нуждаются в некотором толчке, чтобы вовремя всплыть, когда ты будешь к этому готов. Это время пришло.

Я беру его лицо в свои ладони и встаю на цыпочки, чтобы оказаться на одном уровне с ним и поцеловать его. Алессио сразу же притягивает меня к себе за талию и отвечает на поцелуй, углубляя его.

– Пошли со мной, – я опускаюсь обратно на пятки и, взяв его за руку, веду в сторону комнаты, где ранее заметила большую ванную с прекрасным видом.

Алессио молчит и терпеливо идёт следом, пока мы не заходим в ванную комнату и я не начинаю раздеваться.