Половина первого ночи. Маттео молчит.

– Слушай, Маттео, – пробую я снова, уже теряя терпение. – Тут явно что-то не так. В лучшем случае мы либо приехали не в тот порт, либо неверно расшифровали сообщение. А в худшем – это ловушка, и нам пора сваливать отсюда.

В этот самый момент в порт заезжают две машины и направляются в нашу сторону. Наконец Маттео разворачивается и подходит ко мне. Я кладу руку на пистолет, что спрятан за спиной, и жду любого знака, чтобы достать его.

Два чёрных Mercedes останавливаются, но не глушат двигатели, оставляя включёнными также фары, которые слепят глаза. Маттео недвижим – он стоит как статуя, не пытаясь прикрыть лицо или сделать хоть что-то.

Блять. Что за человек?

Шестеро мужчин выходят из автомобилей, но лишь один из них делает пару шагов навстречу нам. Я сжимаю рукоятку пистолета сильнее, пока он делает последний шаг перед тем, как остановиться напротив нас на таком расстоянии, чтобы мы могли услышать друг друга или прикончить, не имея возможности промахнуться.

– Где товар? – говорит мужчина лет сорока или около того.

Он не выглядит как японец или азиат, у него даже не мексиканская внешность. На мужчине кожаная потрёпанная куртка, грубые ботинки в стиле панк, цепочка на груди и кольца на пальцах. Он похож скорее на байкера, а не на мафиози.

– О каком товаре идёт речь? – невозмутимо спрашивает Маттео.

– Ты, мать твою, издеваешься надо мной? – мужчина делает выпад в нашу сторону, заставляя меня достать пистолет и направить на него.

Следом за мной пистолеты достают и спутники байкера-мафиози, но не Маттео, блять, Моретти.

– Ни шагу больше, иначе я снесу твою башку нахрен, – предупреждаю я.

Мужчина запрокидывает голову к небу и начинает ржать, как больной ублюдок. Что в этой ситуации было смешным, я не понимаю.

Он прокручивается вокруг себя на пятке и разворачивается к нам, наставляя на меня свой Colt двадцать шестого года.

– Мне уже скучно, джентльмены. Предлагаю вам отдать то, ради чего мы здесь собрались, и тогда мы свалим из этой дыры, либо же… – он снимает с предохранителя пистолет, из которого всё ещё целится прямо мне в лицо.

– Я предлагаю другой вариант.

О, Маттео тут, оказывается? Ничего себе, чёрт возьми.

– Какой же?

– Мы все уберём оружие для начала, – он переводит взгляд на меня и коротко кивает.

Да ты издеваешься!

– Чёрт с два я уберу его, – я не планировал сегодня умереть.

– Кажется, мальчишка новенький в твоей стае волчат, а, Капо? – мудак склоняет голову, ухмыляясь.

– Опусти пистолет, – говорит Маттео, обращаясь ко мне.

Сука. Он это не всерьёз. У него есть запасной план? Почему я о нём не знаю?

– Сейчас же, – повторяет Маттео, и я делаю, как он говорит, убедившись, что все остальные отвели свои пушки.

После меня оружие прячут и эти ублюдки, получив сигнал от своего лидера.

– Раз уж ты знаешь, кто я, то также должен знать, что я отвечаю за свои слова и действия, – Маттео обращается к байкеру, который достал откуда-то зубочистку и стал перекатывать её во рту. – Поэтому скажу тебе прямо: у меня нет сегодня никакого товара для тебя. Но не потому, что я решил тебя кинуть, а потому, что понятия не имею, о чём идёт речь. Мы здесь, так как получили послание, и, я предполагаю, ты тоже.

Мужчина, прищурив глаза, осматривает нас с головы до ног. Его глаза с расширенными зрачками сканируют нас медленно – тянет время. Затем он потирает стволом пистолета свой подбородок и обращается к Маттео:

– То есть ты хочешь сказать, что всё это время мы не с тобой обсуждали товар и чёртово сообщение было не от тебя?

– Именно так. Я не обсуждаю дела такого рода по переписке. Мы с тобой никогда не встречались, и я не посылал к тебе никого, а значит, никакого договора о поставке товара или его передаче не могло быть.

– Это что, шутка, блять, такая? – на лице незнакомца заиграла улыбка, что с каждым мгновением становится всё больше похожей на хищный оскал, когда он приближается к Маттео.

– По мне видно, что я шучу?

– Слышали, парни? – псих делает несколько шагов назад, отходя от нас и поворачиваясь к своим людям. – Оказывается, я обсуждал дела с полтергейстом.

Все придурки заржали, когда их лидер раскидывает руки. В одной он держит пистолет, стоя к нам спиной. Беспокойство внутри поднимается к горлу, и я всем нутром чую, что это шоу просто так не закончится и мы не разойдёмся сегодня спокойно. В эту секунду мужчина разворачивается к нам, выставив пушку, и открывает огонь. К нему присоединяются остальные пятеро, разбежавшись по разные стороны. Началась перестрелка.

Я вытаскиваю ствол из-за спины и немного присев заворачиваю в сторону, к одному из железных контейнеров, пока пули пролетают мимо меня. Маттео делает то же самое, но прячется за дверью нашей машины. Он выпустил всего одну пулю, которая попадает в голову одному из мужчин, и тот падает на землю.