– Он выглядел так же. Как тень: в чёрном плаще и чёрной шляпе, – говорит Адриана, привлекая наше внимание. – Ещё он опирался на трость, и я подумала, что, скорее всего, это был пожилой человек, поэтому не стала возмущаться. А ещё от него пахло чем-то приторным. Не знаю, что-то похожее на какую-то траву или цветок.

– Гвоздика, – предполагаю я.

– Да, точно! – воскликнула Адриана. – Когда он столкнулся со мной, это было первое, на что я обратила внимание. Ну, и то, что он опирался на трость, но был достаточно быстрым.

– Принеси мне все записи с камер наблюдения по периметру и изнутри кафе, где вы были. Допроси всех и узнай имена каждого посетителя за сегодня, – прогремел Маттео, отдавая приказ Энцо.

– Да, Маттео.

Мужчина вышел, закрыв за собой дверь.

– Что теперь? – спрашивает Адриана у нас.

– Тебе не о чем беспокоиться, милая. Ты не выйдешь больше из дома без моего ведома.

– Что? Нет, – Адриана вскакивает с места и подходит к отцу. – Я не могу сидеть взаперти как ни в чём не бывало. Тем более мне нужно организовывать рождественскую вечеринку.

– Ни о какой вечеринке не может идти и речи. Ты не можешь покидать территорию особняка. Твоя безопасность важнее, чем развлечение чёртовых спонсоров, чтобы они вывернули карманы и пожертвовали свои грязные деньги.

– Не говори так, папа! Это фонд мамы, и ты прекрасно знаешь, как он мне важен. Не забирай это у меня, – просит она. – К тому же ты дал обещание, а сейчас вновь перекрываешь мне кислород.

– Адриана, это не обсуждается, – Маттео категоричен и резок, но я согласен с ним.

– Адриана, твой отец прав.

Она поворачивается ко мне, ошарашенная моими словами. Я вижу шок на её лице и что-то похожее на немое обвинение в предательстве. Но она должна знать, что мы с её отцом беспокоимся о её благополучии.

– Сейчас слишком опасно быть одной. Угрозы стали поступать не просто так. Он играет с нами в игру, правила которой мы не знаем и пока явно проигрываем, потому что у нас нет на него ничего. Мне жаль, принцесса, но в ближайшее время тебе стоит побыть дома.

Адриана подходит и берёт мои руки в свои. Её взгляд полон уверенности, а голос – некой воинственности, которую я никогда раньше не слышал.

– Если у нас война, и вы в ней участвуете… Если ты в ней участвуешь, то я буду стоять рядом и держать тебя за руку, а не прятаться за твоей спиной. Я Моретти, – она переводит глаза с меня на Маттео. – Мы не прячемся, ведь так, отец?

Маттео наблюдает за нами всё это время. Я вижу на его лице гордость за свою дочь и сам ощущаю то же самое. Теперь он видит, что Адриана больше не сломлена. Она пережила плохие времена, но теперь она сильна как никогда.

– Я не идиотка и понимаю, что мне может грозить опасность. Но у меня есть вы и Энцо.

– Ты не сделаешь и шагу на улицу без сопровождения, и мы должны знать, где ты и с кем.

– Да, папочка, – Адриана прижимается ко мне, и я обнимаю её, кладя руку на бедро. – Спасибо.

– Я подготовлю для тебя кое-что, чтобы мы могли также отслеживать твоё местонахождение при необходимости, – предлагаю я.

– Чип? – она удивляется, округлив свои и без того большие глаза.

– Он будет незаметен, обещаю, – я целую её в макушку и поглаживаю большим пальцем её бедро.

Адриана очень тихо замурлыкала и прижалась теснее ко мне, вызывая чёртову улыбку на моём лице. Маттео замечает это своим орлиным взором, но я могу поклясться, что уголок его рта слегка дёргается.

– В таком случае я оставлю вас. Мне нужно привести себя в порядок и немного поработать.

Она отходит, оставляя за собой пустоту у моего бока, и покидает кабинет. Когда дверь закрывается, Маттео, не теряя времени, тут же атакует:

– Мне уже стоит готовить объяснение для своей дочери о том, куда и почему ты внезапно пропал?

Ха. Ну, конечно. Я бы на самом деле удивился, если бы он поверил мне.

– Адриана услышала от меня правду. Я не имею к этому никакого отношения, – я приближаюсь к мужчине. – Меня не волнует, веришь ты или нет, но, как и говорил раньше, я лучше убью себя, чем причиню ей боль. И сделаю всё, чтобы найти этого подонка, кем бы он ни был.

Каждое данное мной слово я собираюсь сдержать. Любой, кто пытался или попытается отобрать то, что принадлежит мне, будет наказан. Даже если мне придётся вновь выпустить из себя монстра – я сделаю это. Каждый встретится с моей тёмной стороной, если решит, что может воспользоваться Адрианой, чтобы дотянуться до меня или её отца. Она неприкасаема. Если кто-то предполагал, что Адриана Моретти была моей слабостью, то он ошибался. Она была силой, с которой невозможно тягаться.

– Будь готов к девяти.

Маттео подошёл к окнам и стал звонить кому-то, не оставив больше выбора. Если до этого момента он у меня был, то сейчас всё решено за меня. Думаю, таким образом Маттео хочет проверить мою невиновность, и как бы это ни бесило, я решаю промолчать. Хоть у нас и были натянутые отношения, я могу переступить через гордость и признать свою вину и его правоту. Маттео имеет право быть мудаком в этом вопросе.